ФОРУМ ВЕРТОЛЕТЧИКОВ

Объявление

ВНИМАНИЕ!!!!!!!!!!!!!!!! ЕСЛИ ВЫ ЗАРЕГИСТРИРОВАЛИСЬ И НЕ МОЖЕТЕ ВОЙТИ ПИШИТЕ НА АДРЕС, kirill83s-pb@mail.ru ПРОБЛЕМУ РЕШИМ В ТЕЧЕНИЕ СУТОК. С УВАЖЕНИЕМ, АДМИНИСТРАЦИЯ ФОРУМА ВЕРТОЛЕТЧИКОВ.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ФОРУМ ВЕРТОЛЕТЧИКОВ » УАЦ, ДОСААФ (РОСТО), ВАТУ (АТУ ГА) » 1ХВАТКУ, 1рота- выпуск 1968г.


1ХВАТКУ, 1рота- выпуск 1968г.

Сообщений 331 страница 352 из 352

331

http://sh.uploads.ru/t/aolve.jpg
В Совете ветеранов. 2016 г
За работой

0

332

В.Горенков

Рокот вертолёта

Рассвет пустынею наполнен.
«Вертушки, к бою!» - вылет дан.
В горах бои,  там просят помощь –
В ущельях гор зажат десант.

Знакомый рокот вертолётов
Прибавит сил, поднимет дух.
Как важен он для них, как дорог;
«Держитесь, братцы,,  мы уж тут!»

Придаст им воли этот рокот.
Десантник знает – в трудный миг
Придут на помощь вертолёты,
Главнее цели нет у них.

Приклады руки обжигают –
С утра уже под пятьдесят.
Пусть тяжело, но каждый знает,
Что вертолёт спасёт ребят

0

333

В.Горенков

Офицерский мундир

От годов запылился
Офицерский мундир,
Он в шкафу затаился
И команд не даёт командир.

Помнит он, что военная жизнь –
Без прикрас -  не проста.
Поле боя: густая полынь,
Под фуражкой уже седина…

Седина бела, как снега
На вершине горы.
Слишком служба была тяжела
В лихолетья войны.

Сутки бились подряд…
Не сочтёшь непрерывных атак.
Полегло там немало ребят…
Их забыть – это значит предать.

Защищая чужую страну,
Мы теряли своих сыновей.
В двадцать лет обрели седину,
Не унять нам тоску матерей…

В орденах офицерский мундир,
Он в шкафу затаился от бед.
И команд не даёт командир –
Их так много побед!

0

334

В.Горенков
Памяти сына

Две судьбы

Два различных поколенья:
Два солдата - две судьбы.
Младший в мирное жил время,
Старший знал язык войны.

Путь войны был грозен, долог.
Но судьба хранит бойца.
Два солдата – две дороги.
Выжил старший – сын убит.

Так судьба распорядилась:
Старший знал Афганистан.
Там прошёл войны горнило,
Смерть друзей и   боль их ран.

Телом жив, душою ранен -
Продолжает до седин.
Защищать тех, кто в Афгане,
Жизни потерял свои.

Младший - славный добрый малый –
Призван в армии служить.
Был друзьями уважаем,
У начальства был служив.

Но судьба ль, беда ль лихая -
Подвиг парень совершит.
Груз бесценный защищая,
В перестрелке был убит.

Так вот в жизни их сложилось:
Две судьбы, и два пути.
Оба Родине служили,
Жизнь свою ей посвятив.

0

335

Третий курс 1огоХВАТКУ. Жизнь шла своим чередом, в том числе и спортивная. Мы собирались на тренировку по волейболу в парк "Свет Шахтера", настроение приподнятое. Гена Бондарев, Владимир  Перваков, Петя Филиппов. Выходим из роты и вдруг за поворотом идут Нач. училища, Генерал Шеститко, с ним Спудулис ,ком. взвода и подполковник Николенко.  Мы их поприветствовали, а генерал говорит: " Стоп, молодежь, вы куда?"Мы дружно:" По согласованию с командованием на тренировку по волейболу". Он: " Это что у вас за форма?" Увсех были спортивные сумки, а у меня тапочки лежали в АВОСЬКЕ." Что же вы, тов. курсант, такой красивый, кучерявый идете к девчатам и с АВОСЬКОЙ?" И тут подполковник Николенко в своей манере командира строевика: " А ну, немедленно заменить АВОСЬКУ!!!" Нничего не оставалось, как нырнуть  казарму и поменять АВОСЬКУ на небольшой чемоданчик.Прибежав, доложил, что выполнил Вашу команду.  Нач училища генерал Шеститко сказал: " Вот теперь молодец и девчата будут любить!" Вот так за нами, молодыми парнями следили наши отцы- командиры!

Отредактировано Владмир (2017-01-28 12:59:34)

0

336

Бондарев Г.И.

                                                                                  ПРОДОЛЖАЕМ ВОСПОМИНАНИЯ. ЗАБАВНЫЙ СЛУЧАЙ НА ОХОТЕ КАГАНСКОГО ГАРНИЗОНА.
В Кагане была активная группа охотников, и они регулярно организовывали выезды на озера. Страстным, заядлым охотником был и начальник вещевой службы ОБАТО. Рассказывали, что стрелял он хорошо. Однажды на вечерней охоте он подбил утку, и та шлепнулась недалеко от него. Приняв решение – забрать дичь. Полез в воду и пока нашел трофей, начало быстро темнеть, а он страдал, к сожалению « куриной слепотой». Потеряв ориентировку по отношению к берегу. Глубину чувствовал, что вот – вот наберет воды в костюм. Но почему-то греб от берега. Бродил вдоль берега с уткой и плакал, пока ближайший охотник, услышав плач – пришел на помощь. После этого курьезного случая он отошел от любимого занятия.  Долго вспоминали про эту злополучную утку. Так что смеху было много в гарнизоне и надолго.
О зам по летной подготовке ОВП замолвлю словечко. Вспомнил юмориста зам. командира по летной подготовке Телавского ОВП Виталия Петровича Зинченко. Летчик от бога. В свое время один единственный летчик на МИ-6, который мог выполнять на высотах свыше 2 км с грузом на внешней подвеске более 5т. Это он ставил мост в с. Омало, на высоте 2200м, чтобы, наконец – то появилась связь с внешним миром по земле. Ранее только вертолетом туда можно было долететь и обратно. В фильме « Мимино» использованы кадры тех мест. Потом ему была подготовлена замена в лице командиров 3 и 4ВЭ п/п Земцова и Кузнецова. Виталий Петрович до поступления в военное училище успел окончить сельскохозяйственный техникум. Любовь к земле осталась с детства. Уже, будучи зам. командира ОВП продолжал выращивать у себя на балконе помидоры и огурцы. Несколько раз попадался по дороге с подсобного хозяйства ОБАТО с мешком навоза с командиром ОВП, которого это сильно раздражало: « Что это за зам, который по гарнизону шарахается с мешком говна?» Но Виталий Петрович на это не реагировал. Он был простым крестьянским парнем. С ним было легко работать и решать возникшие проблемы, когда я оставался за зам по ИАС ОВП. По совместительству Петрович был председателем спорткомитета части и командир поставил его на контроль за проведением физподготовки среди офицеров. У начфиза Коли Дюкова программа загрузки была объемной, поэтому время на волейбол было маловато. Зная, что Петрович любитель поиграть, то мы его настраивали на лирический лад и тот на полпути – ломал программу нач. физической командой – на сегодня достаточно. Одно место для него всегда держали в управлении. Только прием и пас от него требовалось, так рост для нападения был недостаточный, да и все время он почему-то приходил в коричневых ботинках наших фирменных на микропоре, боялся подвернуть ногу, когда бегали на разминке по колдобинам. Однажды, когда он исполнял обязанности  командира ОВП, внезапно приехала комиссия из Москвы с проверкой, и ему пришлось с комбатом организовывать « поляну». Тем более о дарах Кахетинской долины знали многие проверяющие. После выполнения комплекса запланированных мероприятий по БГ с перебазированием на запасной аэродром и разбором – результаты закрепили в греческом зале. Комбат свою финальную работу выполнил на 5. Гостям очень понравилась зелень, особенно цицсмата. Удивительно, но зелень на рынке в те времена была круглый год в Телави. Зная способности Петровича как агронома – гости поинтересовались, что это за такая вкусная трава. На что тот ответил: «Кушайте, кушайте – она способствует!» В завершении королевской трапезы гости все же пристали к нему с вопросом: «Так чему же она способствует?». На что Виталий Петрович без улыбки сказал: «Ах да, она способствует циррозу печени!» Когда в Ереване открыли отдел АА в ОА, то Петрович уехал туда с повышением и вскоре получил очередное в/звание – полковник. Я его встречал на ВС ВА в Тбилисо. Там же получил полковника и мой зам по ИАС Слава Левченко. К сожалению, язва добила Вячеслава в молодом возрасте, очень жаль мужика. Пусть земля ему будет пухом в Днепропетровске. Приезжая к семье в Телави непременно заходил в инженерный отдел пообщаться. Рассказывал, что очень доволен работой в отделе АА кастрированной Ереванской ОА – ни за что не отвечаешь, ни чего не делаешь! Всю жизнь об этом мечтал! Через Ереван прокрутились многие, в том числе и Коля Юдин. Он может рассказать подробнее об этом - если пожелает. В 1978 году в Телавский ОВП прибыло 2 молодых лейтенанта, один после окончания Ленинградского института им. Лесгафта, а другой после Саратовского училища химической защиты и сразу на майорские должности. Ушаков Николай Никитич был поставлен на должность инженера по ВД после перемещения предыдущего инженера Тамбовцева на повышение в Кутаиси на п/п в отдел ИАС АГ. Жора Тамбовцев, никаких донесений по ВД не составлял и не вел. Когда с ВА ст. инженер ВД наезжал на него, мол - пришли анализ отказов и неисправностей, то тот отвечал, что я лучше пришлю тебе 2 книжки по 10л – белого  и красного. Никитич пробыл в должности всего 6 месяцев и освободил ее выпускнику ВВИА приказом ГК ВВС, а сам заменился в Ново - Алексеевку, в придворную ОСАЭ с 6 типами АТ. Никитич выпускник 1ХВАТУ, но более ранних выпусков, пройдя должности б/т, НТЗ, инж.ВЭ. Глядя на молодых лейтенантов обратил внимание, что надо оканчивать такие училища, чтобы сразу ехать с перспективой на  майорские должности, а не на вилочную должность: лейтенант - старший лейтенант, как мы и потом карабкаемся всю службу. Несколько лет молодых почти не было видно. Работали по плану НШ ОВП. Их даже не ставили дежурными по полку, хотя штатная должность подходила. Лишь после получения старших лейтенантов их стали припахивать к дежурствам. Зам по ИАС Левченко В.И. был заядлым  любителем настольного тенниса. Не зря теннис считается игрой богемы, сливок общества. Поэтому найдя себе соперника в лице инженера АО курировавшего тренажерный комплекс ПТВ – 6 оборудовали место для игры, сделав некоторые перемещения оборудования. Слава Пучков был его правой рукой и доверенным лицом в работе по плану. Узкий круг доверенных и ограниченных людей. Частенько выйдя из своего кабинета и дав мне команду – остаешься за меня, я на тренажере. Мотнул головой Славе – за мной. Тот сразу бросал свое дело, перепоручив второму аошнику свой объем работы. Туда был ограниченный доступ. Мне с радистом был разрешен доступ, когда увидел, что оказываю достойное сопротивление. А также разрешил командиру 4ВЭ п/п Кузнецову Г.А. и его ком. отряда Авдееву В., да еще и начфизу и химдым. Кому живется весело вольготно на Руси: начальнику физической, начальнику химической и зам по - строевой! В настоящее время н.п. Омало и его окрестности стало популярным местом туризма в Грузии. Его охотно посещают туристы: немцы, французы, англичане и другие представители Европы. Нетронутая цивилизация, альпийские луга, великолепные горные пейзажи, чистые горные реки. Но попасть туда можно только в период июль – октябрь на внедорожниках. Благодаря мосту, который поставил Зинченко В.П. длиной 12м и весом 7т. Слишком сложный горный подъем. Но экскурсии с адреналином работают и в Тбилиси и в Телави. Бизнес есть бизнес, тем более есть спрос, но это на любителя приключений на тазобедренный сустав. Смотри видео про Омало в Ютубе. Ехать несколько часов над пропастью – не у каждого очко железное. Как поет Высоцкий В.С.: « По самому краюшку, по над пропастью ….» - не каждому дано. Это Вам не по золотому кольцу Абхазии ездить, хотя и там есть два участка опасные в районе озера Рица, где вертикальный обрыв – 800 метров, если откажут тормоза, то сердце остановится еще до падения. Экскурсовод даже шутит, когда автобус останавливается на спуске в метре от пропасти, здесь водители закрывают глаза от страха, чтобы не испугаться. Так что умный, в гору не пойдет.
Будни Ильича. Недавно с председателем МКД решали очередные проблемы дома и к нам подошли несколько офицеров-пенсионеров и начали наезжать, задавая неудобные вопросы. Завязался конструктивный разговор. Один из них энергичный – начал советовать и предлагать. Тогда я предложил председателю МКД включить с состав совета и нарезать кусочек « пирога». Тот сразу сбросил обороты и перевел коррекцию на малый газ: «Мол, я стар уже для таких работ» Смотрю, а он выглядит намного моложе меня. Тогда спрашиваю – какого года рождения, что записываешься в старики. Тот 1945 г.р. А выглядишь гораздо моложе! На что он ответил, что 7 лет в ЗабВО был командиром полка, поэтому на морозе и хорошо сохранился. Юморист оказался тоже. Он пробывал подрабатывать в охране в центральной больнице, но ушел – не смог смотреть на тех, кого кареты скорой помощи привозили. Нервы не выдержали, хотя, на мой взгляд - они у него железные. После этого он ушел на заслуженный отдых по-настоящему.

Отредактировано ЮРИЙ ВЯЗОВЧЕНКО (2017-01-30 08:41:42)

0

337

Фото из архива Бондарева Г.И.
http://s1.uploads.ru/t/kcCH7.jpg
Центральный парк Горького. Символизирует земной шар и звездный небосклон - весь в светодиодах.
http://s7.uploads.ru/t/W2Mx6.jpg
FiFa 2018. Чемпионат мира по футболу. Город-организатор Ростов-на- Дону.
http://s0.uploads.ru/t/Sh5yE.jpg
На Соборной площади возле Главного храма Ростовской епархии. Главная христианская святыня города - Успенский собор.

0

338

Фото из архива Бондарева Г.И.
http://s0.uploads.ru/t/ZGWvL.jpg
Есть и такой памятник технарю на центральной улице Ростова. Сантехник с разводным ключом и помощником котом.
http://s0.uploads.ru/t/GB0zF.jpg
Центральная улица Ростова - Садовая. За спиной  главный парк  Горького. На сцене работают сказочные персонажи.
http://sa.uploads.ru/t/tm65W.jpg
На фоне ДГПБ - публичной библиотеки у барельефов писателей Дона: Шолохова М., Закруткина В., Калинина А.

0

339

Фото из архива Бондарева Г.И.
http://sg.uploads.ru/t/SA4qC.jpg
На фоне елочных композиций студентов и одаренных школьников. Их только в этом зале 106. Есть оригинальные шедевры. О вкусах не спорят.
http://sd.uploads.ru/t/7tkw1.jpg
Возле елки из часов и браслетов. Стрелка замерла за 5 минут до наступления Нового Года. Справа елка из стульчиков, их около 30 штук различной конфигурации.
http://s0.uploads.ru/t/PsWVr.jpg
А такая оригинальная елка под старину стоит в зимнем саду ДГПБ.

0

340

Фото из архива Бондарева Г.И.
http://s1.uploads.ru/t/wLbfi.jpg
Дизайнеры на выдумку хитры. Просто, скромно, но светится с начинкой и зимняя тематика присутствует.
http://se.uploads.ru/t/XfioM.jpg
У памятника Суворову А.В. с напоминанием с кого брать пример!
http://s1.uploads.ru/t/bnpwf.jpg
А это елка с подарками у Дома Правительства Ростовской области.

0

341

Первакова Тамара (Христюха)

                                                                                                                                      http://s6.uploads.ru/t/dAItu.jpg

                                                                              «Короткий сказ о лагере «Освенцим» 27 января – день освобождения «лагеря смерти» № 3 (545) от 26 января 2017 [«Аргументы Недели », Сергей Нехамкин ] В январе 1945-го гвардии майор Иван Христюха был помощником начальника штаба 253-й стрелковой Калинковичской Краснознамённой дивизии 3-й Гвардейской армии 1-го Украинского фронта – одной из тех частей, что проводили Сандомирско-Силезскую операцию, в ходе которой был освобождён Освенцим. В те дни и выпало молодому офицеру оказаться на территории вчерашнего лагеря смерти. Увиденное потрясло… Написанное остаётся  В 1963-м у Ивана Трофимовича Христюхи случился тяжёлый инфаркт. Пришлось оставить армию, долго восстанавливаться. После таких событий многие ощущают потребность «остановиться, оглянуться». Вот и Христюха стал вспоминать и записывать события своей жизни. Писал как умел, не для публики, просто для детей и внуков. Личные свидетельства обычного человека о пережитом. Двенадцать общих тетрадей с его записями ныне хранятся у дочери Тамары Ивановны. Семейная реликвия. Полковнику Христюхе было что вспомнить – один Сталинград чего стоил! Но мы в данном случае выбрали фрагмент, посвящённый Освенциму. Уточняя рассказ  Естественно, готовя записи И. Христюхи к печати, «АН» сверялись с другими источниками, консультировались со специалистами по теме Освенцима (в частности, с историком П. Поляном – автором книги «Свитки из пепла»). Они обратили внимание на ряд неточностей. Скажем, сама технология уничтожения людей изложена не совсем верно. Надо понимать: Освенцим был крупнейшим лагерем смерти, в котором нацисты прежде всего окончательно решали «еврейский вопрос» (потому дата его освобождения стала и Международным днём памяти жертв Холокоста; при этом, разумеется, среди узников и жертв Освенцима – люди разных национальностей). Там располагалось пять крематориев, при них – газовые камеры (то, что И. Христюха называет душегубками), действительно замаскированные под бани, точнее, душевые. В Освенцим по железной дороге (здесь пересекалось несколько направлений, потому это место нацисты и выбрали) доставлялись узники концлагерей и гетто со всей Европы. Под видом санобработки их заводили в газовые камеры – и снаружи через окошки в стенах эсэсовцы засыпали из канистр пористые гранулы кизельгура, пропитанные газом «Циклон-Б», разновидностью синильной кислоты (в этих фабричных канистрах «Циклон-Б» и поступал в лагеря смерти). Газ из капсул и так начинал выделяться при температуре +12°, в «банях» же всегда предварительно топили печи – и смерть наступала за несколько минут. Но неточности в рассказе И. Христюхи вполне объяснимы. Комиссии, выяснявшие все детали здешнего кошмара, работали потом. А тогда, в январе 1945‑го, ошеломлённые советские офицеры – в том числе Иван Трофимович – просто ходили по лагерю. В его рассказе упоминаются свидетели, с которыми говорили, – видимо, недавние узники. На каком языке шёл разговор, насколько был точен перевод? Христюха тот день вспоминал через 23 года – что-то в памяти могло стереться, сместиться. Однако само пережитое потрясение он не мог забыть никогда. Мы публикуем этот фрагмент его записей с некоторыми сокращениями, но с минимальной стилистической редактурой – хочется сохранить дух и манеру изложения. Повествование разбито на главки – так и в оригинале: иногда та или иная мысль начинается со слова или пары слов, выделенных большими буквами. Особая благодарность «АН» – Т. Перваковой, дочери Ивана Трофимовича, предоставившей записи отца. Лагерь смерти  «(…) Немцами вблизи города Освенцим в Польше был организован лагерь смерти. По сути, это пункт массового истребления живых людей (ад земной). Нельзя вспоминать, несмотря на то что прошло уже 23 года, как я это видел собственными глазами, я не могу вспоминать без дрожи всего моего тела, такое потрясающее впечатление на меня, человека, видавшего виды за 3 войны, произвело виденное в этом лагере смерти. Лагерем он назывался потому, что расположен лагерным образом в лесу (И. Христюха здесь явно говорит про Бжезинку-Биркенау, где находились газовые камеры, – это место действительно близ перелеска; вообще же Освенцим – комплекс из нескольких лагерей. – Ред.). Был, насколько мне помнится, до 3 км в ширину и чуть ли не 5–8 км в длину. Обнесено всё проволокой колючей, с изоляцией района одних бараков от других, с пропуском по проволоке электрического тока (…). Всё это полностью и безоговорочно исключало даже мысль о побеге. (…) То, что я там увидел, постараюсь рассказать подробно, садясь за это с перерывами, ибо моё состояние здоровья не позволяет сейчас вспоминать об этом без сильного волнения. (…) Кроме общей лагерной ограды ещё и сам лагерь делился на участки, которые включали несколько построек. (…) Постройки были из досок, бараки имели в 2 этажа нары для ночлега заключённых (…) Кроме жилых бараков были и другие. Столовая (правильно – пищеблок. – Ред.) обеспечивала только готовку пищи, а выдавали её для кушания в котелки на руки или в вёдра и бочки. В небольшом отрыве от жилых бараков располагалась сама фабрика смерти. (…) Если смотреть из лагеря или со стороны, фабрика смерти была замаскирована от взора и была видна только толстая, высокая (в 15–10 м) кирпичная труба, которую можно было отнести к трубам кирпичных заводов, или теплоцентрали, либо мастерской. На самом деле там были сооружения, выстроенные по самому последнему слову техники. Судьба офицера  Иван Трофимович Христюха родился в 1918 г. в Донецкой области. Впервые его призвали рядовым в октябре 1938-го. Участвовал в финской войне, в присоединении Западной Украины. Демобилизовался – и вскоре началась Великая Отечественная. Закончить артиллерийское училище не успел, курсантов бросили на фронт. Звание лейтенанта дали уже тем, кто уцелел после первых боёв. Далее – Сталинград, форсирование Днепра, Вислы, Одера. Рос в чинах, войну закончил в Праге – с двумя орденами Красного Знамени, орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени, медалями «За отвагу» и «За оборону Сталинграда». После 1945-го остался служить, принимал участие в создании армии ГДР, позднее тем же занимался на Кубе. Был награждён ещё двумя орденами Красного Знамени. После тяжёлой болезни в 45 лет ушёл в отставку полковником. Жил в Приморско-Ахтарске, работал в ДОСААФ и штабе гражданской обороны. Умер в 1982 году. Душегубка  А на самом деле это была душегубка. (…) По железной дороге (ветка которой подходила к лагерю) привозили узников. Разгружали командами по 100–150 человек и вели к фабрике смерти, якобы для мытья в бане. Снимали одежду, обувь, отбирали якобы для хранения ценности и запускали в душегубку. Герметически закрывали двери и в краны (имеется в виду имитация душей. – Ред.) вместо воды пускали газ, отравляя жертвы. Потом тех, у кого были золотые зубы или другие протезы, переносили в «разделочную». Там разбивали челюсти, вынимали золотые и серебряные зубы или другие протезы, снимали кольца и др. После всех умерщвлённых (…) отвозили в крематории. (…) Прибрав следы, волосы, одежду, обувь отправляли на склады и подводили всё новые партии для помывки в «бане». Недалеко была ещё одна группа строений, как мы её назвали, склады. Фашистские изверги, уничтожая свои жертвы, ещё и наживались на этом, проявив и здесь свою звериную расчётливость и экономию. Они остригали свои жертвы, и волосы собирали в тюки и отправляли в Германию на фабрики. В волосах, которые они не смогли вывезти или сжечь, можно было найти длинные женские волосы, седые волосы стариков и даже мягкие детские кудри. Недалеко от помещения, в котором хранились волосы, был сарай или барак из дерева. Он имел около 50 метров длины, 6–8 метров ширины, причём почти полностью был завален обувью. При осмотре этого сарая меня потрясло то, что там мы обнаружили обувь солдатскую, гражданскую, мужскую и женскую всех размеров, костыли и протезы, комнатные тапки и много детской обуви. Помню, со мной помещение осматривало несколько офицеров. Среди них был майор Кондратьев, пожилой, потерявший семью. Он поднял из кучи обуви махонькие детские тапочки, видимо, ещё грудного ребёнка, ибо следов даже не было, чтобы стоял или ходил ребёнок в них. Совсем новые, по размеру чуть ли не кукольные тапочки. Показал их мне, всхлипнул, отвернулся и медленно вышел из сарая, унося с собой тапочки. Я поспешил за ним, но, увидев, что он собой овладел и, вытирая слёзы, пошёл к машине, вернулся продолжать осмотр. (…) Вот далеко не всё, что мы увидели при осмотре Освенцимского лагеря смерти. С помощью свидетелей после осмотра мы установили, каким же образом шло это досель невиданное в истории механизированное истребление людей. Горло перехватывает. Продолжу писать в другой раз. Было это так  (…) Этого я не забуду всю свою жизнь. Подобного зверства я в своей жизни не встречал и даже не читал. Но мало того, что нам, участникам войны, это запомнилось. Нам хочется, чтобы об этом помнило века всё человечество. И только поэтому, несмотря на то что мне нельзя вспоминать пережитое (напомним, И. Христюха перенёс тяжелейший инфаркт. – Ред.), я всё же записал это в рассказы, хоть поверхностно. Это мой долг. (…) Судя по количеству документов, которые немцы не успели сжечь, вернее, подожгли их, а они не сгорели, паспорта, личные дела, их было примерно на 8–10 грузовых автомашин. Судя по ним, в Освенцимской фабрике смерти было уничтожено около 4,5 миллиона человек (сегодняшние цифры – от 1,1 и 4 млн; точный подсчёт невозможен. – Ред.). Где-то в истории написано, сколько было уничтожено людей. Это уже не столь важно. Важно, чтобы мы усвоили, что такое фашизм. Впоследствии мы организовали просмотр этого лагеря делегациями разных категорий военнослужащих. Это было лучшим приказом для наступления. Побывавшие в лагере представители солдат, офицеров от рот и батальонов рассказывали своим сослуживцам об увиденных зверствах, и все воины рвались в бой. (…) Нашими воинскими частями было освобождено и спасено от верной смерти 5000 человек (около 7 тысяч. – Ред.). Вот такой короткий сказ о лагере смерти «Освенцим».   

Использование этого материала сайта газеты «Аргументы недели» в Интернет-пространстве допускается только при обязательном размещении гиперссылки на источник публикации:
http://argumenti.ru/history/n574/520123

0

342

КАГАНСКИЙ ГАРНИЗОН    Фото из архива Белитченко Петра.

http://s1.uploads.ru/t/A1H2X.jpg
Ст.л-т Филиппов Петр- 12 классное отделение.
http://s1.uploads.ru/t/XTEZe.jpg
Бортовой авиационный техник-воздушный стрелок Филиппов Петр.
http://s7.uploads.ru/t/XAFCs.jpg
Ст.л-т Мощенко Анатолий-13 классное отделение.( в центре )
http://s5.uploads.ru/t/DTbrp.jpg
Стоит третий слева Филиппов Петр.

Отредактировано ЮРИЙ ВЯЗОВЧЕНКО (2017-02-04 23:15:02)

0

343

АВИАЦИОННЫЙ ГАРНИЗОН ТЕЛАВИ   фото из архива Симоненко Владимира.

http://s4.uploads.ru/t/UwSCX.jpg
1969г. Первый справа ст.л-т Фефелов Виктор-11 классное отделение.

http://sf.uploads.ru/t/5KtXM.jpg
1978г.Проверка ТЭЧ начальником УТЭ АТ ВВС ген.л-том Казаровым. Третий справа-майор Юдин Николай-11 классное отделение.

0

344

Бондарев Г.И.

ИДУТ ВОЗРАСТНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ, А ОНИ НЕ ЛЕЧАТСЯ!
Мне часто звонит шеф – бывший сослуживец Слава Ивлюшкин. Он продолжает заниматься бизнесом и далеко идущими планами. На мой вопрос о том,  что пора уже на заслуженный отдых он отвечает уклончиво: АХЗ (А ХРЕН ЕГО ЗНАЕТ), слишком много наполеоновских планов. Покой ему действительно только снится. Ведет спартанский образ жизни, но идей глобальных много. Он давно живет обособленно от нас в центре Р/Д. На днях в очередной раз позвонил, как мои дела, что планирую на свой юбилей и пригласил на свой 70 – летний к себе в январе. Он в курсе моих проблем. Не смотря на 2 тяжелых операции по замене тазобедренных суставов – продолжает создавать себе проблемы и героически решать. Он занимается мелким бизнесом. Где то купил оптом дешевле ( Абхазия, Крым, Ростовская область, Краснодарский край) и повез в столицу Москву – реализовывать товар. И так год за годом с небольшими перерывами. Сила воли огромная – надо отдать ему должное, редкий экземпляр среди нашего брата и возраста. Другой бы на его месте давно сломался и бросил все, а этот нет. Успокоится, снова встанет, отряхнется от проблем и за новыми приключениями на тазобедренный сустав в путь – дорожку. Благо характер шебутной, нордический с привкусом дурости и наглости. А наглость – это СЧАСТЬЕ, особенно в бизнесе, который построен на крови в прямом и переносном смысле слова. Начиная с того, что за место надо платить не только государству, но и смотрящему. Он, конечно, послал шестерок на хутор бабочек ловить. Я нищим не подаю, идите - работайте. Тогда подруливают другие – мол, купи колеса? Не надо, у меня все есть. Приходит на стоянку – все 4 колеса проколоты. Одно время возил запчасти из Тольятти в Р/Д на рынок « Фортуна». Брал оптом, был смысл. В одну из его закупок подошли вежливые люди « рексы» с требованием заплатить налог за покупки. Слава в своем коронном ответил, что сам нищий и не подаю, идите - работайте! Те дождались, когда он затарится и выедет за город. Они догнали его на трассе, сделали «коробочку» и предложили выйти и подойти к вожаку и закрыть проблему. Слава в то время ездил в камуфляже в форме полковника. Сено за лошадью не ходит, если хочет поговорить пусть сам идет к полковнику и достал травмат под « Макарыча» и положил удобно в направлении окна водителя. Тот подошел и стал настаивать, что все платят, и ты должен отстегивать. Слава снова подтвердил, что никому не отстегивал и отстегивать не будет. Видя, что тот ведет себе нервозно – предупредил, чтобы не делал резких движений – ЗАВАЛЮ! Тогда вождь «Краснокожих» сказал, чтобы больше сюда не приезжал. И когда он приехал в следующий раз на закупки, то та женщина, у которой всегда брал товар, просто не продала ему, так как ей пришлось заплатить налог Славы. На этом бизнес из Тольятти накрылся медным тазом!

0

345

Фото из архива Бондарева Г.И.

http://s1.uploads.ru/t/yHxcn.jpg
Выбрал себе подарок покрупнее. Зачем мелочиться. Как нас учил майор Гассан: "Пить так водку, есть так селедку, любить так красотку!"
http://s7.uploads.ru/t/nNhdB.jpg
А такая елочная композиция стоит возле мэрии Р/Д. Ночью конечно все выглядит изящнее, эффектнее.
http://sg.uploads.ru/t/scd8I.jpg
Зимний пейзаж у торгового центра " РИО". Справа такая же елка для симметрии.

0

346

Фото из архива Бондарева Г.И.

http://s4.uploads.ru/t/8vLtk.jpg
Новогодний ансамбль 2017г со звездным небом в торгово-развлекательном центре "РИО".
http://s9.uploads.ru/t/aW7ot.jpg
Входной контрольный снимок с виновником этого года.
http://s8.uploads.ru/t/sy3c6.jpg
У елки с Дедом Морозом и оленем в торгово центре "Горизонт".

0

347

Фото из архива Бондарева Г.И.

http://s2.uploads.ru/t/WwjCn.jpg
Новогодняя композиция с Дедом Морозом в ТРК "Горизонт".
http://sf.uploads.ru/t/8smlO.jpg
Я в Гайд Парке..
http://se.uploads.ru/t/GPcDM.jpg
Приглашают в сани к оленю.

0

348

Фото из архива Чернова Валерия (14 классное отделение)

http://s8.uploads.ru/t/h859z.jpg
Образуется молодая семья.Магдагачи, 1970год.
http://s7.uploads.ru/t/jlTeM.jpg
Ст.л-т Стасюк Анатолий (14 классное отделение) с молодой женой.

0

349

Фото из архива Ильина Александра.

http://sa.uploads.ru/t/O9WUx.jpg
Полковнику Ильину А. Г.(15 классное отделение,МИ-6) исполнилось 70 лет, ПОЗДРАВЛЯЕМ!!!

0

350

Владимир Горенков

РАДИ ЭТОГО СТОИЛО ЖИТЬ   


БАЛАКОВО
Балаковское отделение
Союза писателей России

2017








Автор благодарит Валентину Викторовну Иванину – Горенкову за помощь в составлении и корректировке книги.

























Горенков В.С.
«Ради этого стоило жить» - 2017 г.  Стр. 98

Говорят: время лечит, но  нет.
Память сильна, и нам  эту память нести.
Да, тяжело, 
Но ради этого стоило жить…

   В этой книге автор излагает свой нелёгкий жизненный путь, на котором встречаются интересные люди, разные судьбы. С ними он делил и радость, и горе.
   В стихах военного периода правдиво раскрыты черты интернационального долга, мужества и героизма, любви к Родине наших воинов, свидетелем чего он является сам.
    Им представлены стихи мирных будней. В них он передаёт свой жизненный опыт молодёжи, активно участвуя в патриотическом воспитании подрастающего поколения. Тем самым готовя их к самостоятельной жизни в будущем.













Председатель Балаковского отделения Союза писателей России А.П. Седов

ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО АВТОРА

   Перебирая в памяти события жизненного пути, можно сказать: такую жизнь прожить  - не поле перейти…
   Сформироваться как личности мне помогли, прежде всего, родители, наставники, друзья. Основную часть моей жизни занимала служба в Вооружённых силах – это мужское дело.
  Переезды с одного места на другое, подъёмы по тревоге, рабочие будни без ограничения по времени – не каждый выдержит такое.
  Афганистан… Это страницы особой важности, где мы выполняли интернациональную миссию по оказанию  помощи афганскому народу в условиях и последствиях войны. Война без потерь не бывает, нам приходилось терять боевых друзей.
  На мой взгляд, люди как можно больше  должны знать правду об афганской войне и причинах нашего присутствиях на её территории.
   Жизнь на гражданском поприще не менее сложней. Приходится решать важные проблемы, возникшие после войны и текущей жизни сегодняшнего времени.
  Кто, как не мы, можем и должны сделать это?
Годы неумолимо движутся вперёд. И чем дальше они, тем интересней и сложнее жить.

Майор в отставке В.С.  Горенков,  2017 г
    http://s1.uploads.ru/t/mjIHG.jpg
       
                                      Владимир Горенков   




   Биографическая справка

     Родился 10 июля 1946 года на Украине в городе Енакиево, Донецкой области. В 1953 году поступил на учёбу в среднюю школу. В 1965 году, после учёбы в школе, поступил в 1-ое Харьковское военное авиационно- техническое училище, которое в 1968 г. было награждено орденом Красного Знамени.                                                                                                                                                                                        В 1968 году успешно закончил учёбу на факультете подготовки бортовых техников вертолета МИ-6  с присвоением звания лейтенанта. До 1975 года работал бортовым авиационным техником вертолёта МИ – 6.
    С 1976 – 1981 год – служба в Группе советских войсках в Германии.
   Далее 1981 – 1985 год проходил службу в Закавказском военном округе на офицерских должностях.
В 1985 году вышестоящим командованием поставлен на должность заместителя командира вертолётной эскадрильи МИ-8 авиационного полка с присвоением звания майора.
С октября 1985 г – сентябрь 1986 г выполнял интернациональный долг в Афганистане.
     За мужество и героизм и участие в боевых действиях был награждён Орденом «Красной Звезды».
     С 1991 г проживает в городе Балаково. Является Председателем правления Балаковского городского отделения инвалидов войны в Афганистане.
    В повседневной жизни большое внимание уделяет патриотическому воспитанию молодёжи города. Посещает школы, делится воспоминаниями о службе в армии и войне в Афганистане.

ДРУЗЬЯ ДЕТСТВА

       Вернуться в детство-значит возвратиться в самое прекрасное время твоей жизни. Послевоенное время и последующие годы для нас были очень тяжелыми, но и в свое время очень интересными. Мы всегда находились в поисках чего-то. Мои друзья и я в том числе учились и творили, занимались спортом, ходили в походы.
   Улица детства располагалась параллельно друг другу, начиная свой путь от шахтных терриконов как ленты. Весь дружный коллектив можно собрать по сигналу очень быстро, ведь телефонов ни у кого не было. А возраст у нас был всего по 5-6 лет(1953-1954гг).
    Мои друзья были разделены на два лагеря: один из них положительный, связанный со всем прекрасным, и другой - отрицательный, склонный к озорству. Мне пришлось дружить и с одной стороной и с другой.  В памяти моей их фамилии и имена: Григорий Корж, Владимир Мазуренко, Виктор Кузин, Александр Рогов, Людмила Хомченко, Людмила Мазуренко. Ребята очень хорошие. Анатолий Коннов, Василий Баталин – озорники. Жизнь и судьба у нас сложилась по-разному и протекала под моим видением.
      Детские годы так или иначе сказались на моем   становлении в дальнейшей жизни. Жизнь шла своим чередом, надо было учиться. Вот и начался период начального образования. Познание начальных азов очень было необходимо, хотя мы были и маленькие, но мыслили по -взрослому, потому что стране нужны были грамотные люди для того, чтобы быстро восстанавливать послевоенное хозяйство.
     Для нас хорошим примером были наши родители. Знания давались нелегко, порой со слезами, хотя наши наставники – учителя делали все, чтобы научить чему-нибудь. Нельзя сказать, что моё детство было спокойным, оно проходило бурно и в дальнейшем после окончания начальной школы всех перевели в среднюю школу №-7. Новые учителя, появились и новые друзья. К учебе было другое отношение, ведь мы повзрослели. Друзья детства со мной в один класс не попали, но дружбу мы не

г.Енакиево, Площадь Дружбы (Блочок).
Друзья юности. В.Горенков четвёртый слева

теряли, а продолжали дружить. Куда без этого? Долго в средней школе не пришлось учиться - родителям было тяжело содержать меня в виду их финансовых трудностей, да и состояние здоровья у них было неважное, особенно у отца - ведь участник войны, трижды раненный, инвалид первой группы. На тот момент создавались школы-интернаты с производственным обучением и полным государственным содержанием. Оформив документы, меня перевели в школу-интернат. Там одевали, кормили, выдавали всё необходимое для жизни и обучения. Несладко было по началу жить и учиться, но постепенно привык. Режим, дисциплина, распорядок дня дал толчок к учебе, занятием спортом, выработке характера, стремление в будущем к самостоятельной жизни. Учеба спорилась, ведь школа-интернат была оснащена всем необходимым для учебы. Учителя-воспитатели высоко квалифицированы - это надо особо   отметить. Учили школьников тому, что должно пригодиться в жизни.
      Появились новые друзья: Валентин Мазуренко, Владимир Мартынюк. Единые интересы по всем вопросам, особенно в спорте, где мы принимали активное участие, всё больше скрепляли дружбу. Здесь же обучали военному делу – хорошая подготовка к службе в армии.
       Учёба шла своим чередом. Наступил 1961 год. Объявили построение всей школы. Мы построились и тут объявляют радостную весть: человек в космосе. Юрий Алексеевич Гагарин совершил полёт на космическом корабле «Союз»! Наш Советский человек пролетел 108 минут вокруг Земли, удачно приземлился в Саратовской области, недалеко от Энгельса, в районе деревень Смеловка, Подгорье. Мы так радовались этому! Сейчас там сооружён обелиск первому космонавту Земли.
    Время шло. Всё ближе к концу школьная жизнь. Надо было задумываться над дальнейшей самостоятельной жизнью. Важно то, какой путь выберешь ты, и правильный ли будет он. Парни, как правило, выбирали путь с мужским характером: это служба в армии, в военных училищах, академиях. Вот такой путь выбрал и я.
Учёба в военном ВУЗе, защита Отечества – гражданский долг каждого мужчины. Сегодня, оглядываясь назад, понимаешь, на сколько счастливым было наше детство, школьные годы.   Вспоминая палатки, пионерские костры, высотой до неба, «весёлые старты», тимуровские команды, только сожалеешь о том, что нет больше пионерских и комсомольских организаций. Как бы их ни судили, но они всегда были дружными, сплочёнными, честными и добросовестными.
    Думая о детских и юношеских годах, о друзьях, невольно задаёшься вопросом: интересная была жизнь, ради которой стоило жить.
   С друзьями мы не расставались, продолжали дружить на протяжении многих лет. Жизнь у каждого из них сложилась по-
разному. Я ежегодно посещал Родину и встречался с друзьями.

     

В.Горенков на родине, июль 1968 г.
Отпуск после окончания военного училища

ЕСТЬ ТАКАЯ ПРОФЕССИЯ…

     Офицеры. Есть такая профессия- Родину защищать.
1965 год.  Окончание школы - интернат.  Ребята, а их большинство: кто пошёл служить в армию, кто работать, а кто мечтал о небе -подали рапорта с тем, чтобы поступить в авиационные училища, где выучиться, приобрести специальность и по – настоящему стать защитником Родины. В то время стать офицером -это почетно и уважительно.
   Проходя медицинскую комиссию в военном комиссариате, мы  уже  знали, что служба в армии будет нелегкая, здоровья нам хватало. Родители приветствовали мое решение, были очень рады, ведь один военный в семье, отец воевал в Отечественную войну, братья служили в армии, а тут будет военный, да и еще и офицер!  Почему выбрал авиационное училище оно и понятно, ведь земляк дважды Герой Советского союза летчик – космонавт Георгий Тимофеевич Береговой, в родном городе Енакиево, ему установлен бронзовый бюст. 
Забегая вперед скажу: после окончания училища, став офицером- лейтенантом, приехал на Родину в отпуск, поехал в военкомат вставать на учет, иду пешком. В центре города, около меня, останавливается черная «Волга», выходит генерал и подходит ко мне.  Я опешил, но сориентировался и представился ему (ведь этому учили нас). Он спросил: «Какое училище закончили, товарищ лейтенант?» Я ответил ему по- военному:
   «Харьковское военное училище, товарищ генерал, по специальности бортовой авиационный техник вертолета МИ-6» «Куда направили служить?»  «В Приволжский военный округ».  «Молодец!» И пожелал хорошей службы. На этом мы и расстались. Он приезжал в родной город на встречу с земляками.
Школа школой, а надо собираться в дорогу для поездки в Харьков в военное училище. Удачно пройдя отбор кандидатов в курсанты, началась подготовка к сдаче вступительных экзаменов. Около двух недель подготовка, затем сдача. Успешно сдав экзамены, меня зачислили курсантом военного училища. Распределили нас по направлениям учебы. Гражданскую одежду сдали на склад и переоделись в военную с курсантскими погонами. По началу было непривычно, неуютно: к телу не прилегала, но, когда начали заниматься строевой подготовкой, всё стало на свои места.   Первый месяц проходили курс
http://sf.uploads.ru/t/gwmIq.jpg

                   Товарищ по 1 ХВАТКУ Ю. Вязовченко

молодого бойца, подготовка к принятию присяги. Каждый день на плацу. Оттачивали строевой шаг с оружием и без него.
Подошва у сапог накалялась докрасна.  Мы это все выдержали. Было, конечно, же нелегко, а надо. Что за курсант без строевой выправки? Надо сказать, что первый курс был очень тяжелый: постоянные физические нагрузки, военная подготовка, теоретические занятия. Наши наставники офицеры. воспитатели,
преподаватели были очень подготовленные, грамотные и настолько нас увлекли, что мы и не ощущали всех трудностей, и всей учебы в целом.
    Немалые усилия в воспитании приложили командир роты майор Б.А. Пантелеев, командир курсантского взвода капитан И.И. Козырь, начальник училища генерал-лейтенант И.А. Шеститко, заместитель по строевой подготовке и кадрам подполковник И.И. Николенко.
    В этот период появились новые друзья: Г.Бондарев, А.Горган,  В.Перваков, Ю.Вязовченко, Ю.Халиулин, Н.Резник и многие другие. Мы всегда друг друга поддерживали в учёбе. В дальнейшем со многими из них пришлось встречаться по службе.
  Огромный кладезь знаний мы получили от опытнейших преподавателей майора А.Б.Полковника, который преподавал конструкцию авиационных двигателей, подполковник А.Н.Неспела. Он преподавал теорию авиационных двигателей.
Подполковник Шапошников - конструкцию вертолетов. Эти преподаватели вложили свою душу и ковали из нас железных офицеров, настоящих защитников Родины. Жизнь по военным правилам шла своим чередом. Мы учились тому, что было необходимо на войне. Многие из нас не предполагали, что после окончания училища со многими ребятами придётся встретиться по совместной службе на различных должностях.   
  Кроме учебного процесса, эта преподаватели были очень азартно спортивные, любили играть в волейбол, а мы были их спутники в этом зимой и летом. Нам, группе курсантов разрешалось вместо зарядки играть с ними в волейбол в спортзале до завтрака, затем завтрак и - на занятия. В один из дней мы собрались в спортзал и начали игру. Наши наставники разрешили нам играть в полную силу, как мы умеем, а мы то в этом вопросе были сильны! Ребята молодые, прыгучие, а они уже в преклонном возрасте.




Курсант 1 ХВАТКУ В.Горенков.

   По началу мы стеснялись с ними играть в полную силу, но азарта, хоть отбавляй, начали прибавлять. Эх им и доставалось: то по голове, то по животу, всё это терпели и на нас не обижались. После такой эмоциональной зарядки мы все принимали водные процедуры и по своим рабочим местам.
   После прохождения полного курса обучения необходимо было свои теоретические знания закрепить. Во время лётной практики мне и моим товарищам пришлось проходить в одной из воинских частей Прикарпатского военного округа в вертолётном полку. Из Харькова до Львова добирались поездом, затем, до города Самбор, добирались автобусом. И, наконец, в село Калинов, где находился вертолётный полк. Нас встретили хорошо, обустроили, распределили по вертолётам, где инструктора практически обучали нас при выполнении полётных заданий.
   Приходилось летать по плану полка над прекрасными горными массивами Карпат. Лётную практику мы проходили в течение месяца. Были подготовлены до уровня самостоятельного вылета
в составе экипажа. Успешно пройдя лётную практику, мы все вернулись в родное училище для сдачи государственных  экзаменов. Курсанты были серьёзно подготовлены, поэтому все прошли этот этап успешно.
   Когда мы сдали госэкзамены, нас переодели в офицерскую форму и готовили к торжественному вручению дипломов и офицерских погон. Построение на плацу, по которому мы ни раз ходили строевым шагом и пролили ни одну каплю пота.
   После вручения дипломов мы в последний раз прошли торжественным маршем, бросая вверх монеты и фуражки. Это традиция офицеров, молодых лейтенантов. После этого начался волнующий прощальный офицерский бал.   
    В военном училище нас обучили не только военным наукам, но житейским премудростям, которые пригодились в дальнейшей офицерской жизни.
    Нам выдали весь комплект повседневного и парадного обмундирования, денежного довольствия, направление к месту новой службы. Мы разъехались по родным местам для отдыха.

В.Горенков с родителями.


СУДЬБА ОФИЦЕРА

    Здравствуй, самостоятельная офицерская жизнь! После окончания военного училища для дальнейшего прохождения службы я попал с группой товарищей в Приволжский военный округ, станция Озинки Саратовской области.  В назначенное время, вместе а с Анатолием Омельяненко, Юрием Щетининым и Владимиром Кушниром прибыли в отдельный вертолётный полк, который располагался на территории Сланцевого рудника. Он находился на границе территории Казахстана. Аэродром был в двух километрах от военного городка. Командовал в то время вертолётным полком Герой Советского Союза полковник И.А. Каприн.   
   По распределению я попал в 3- ю вертолётную эскадрилью. Принял вертолёт МИ -6, бортовой номер 02. Инженером вертолетной эскадрильи был Павел Николаевич Донков. Аэродром был земляной, вертолёты стояли на бетонных пятаках. Естественно, во время дождя была непролазная грязь, летом, когда сушь – пылища, хоть противогазы надевай. В зимнее время – морозы двадцать пять градусов, а со степным ветром – все сорок пять. В таких условиях приходилось готовить технику к полётам.
      В летнем периоде заволжская степь прекрасна! Здесь ковыль и обильное разноцветье тюльпанов.
   Полётные задания выполнять было интересно, особенно, когда летали на задания по космосу, на подбор космических аппаратов. Как правило, они приземлялись в степи или на пахоту дружественного Казахстана. Мы в назначенное точное время должны были опуститься около него.
   На борту вертолёта находилась оперативная группа, специалисты, охрана, которая после посадки приступает к своим обязанностям по снятию параметрической информации с космического аппарата.  Спускаемые космический аппарат весил две тонны, диаметром два с половиной метра.
   После обработки данных мы на внешней подвеске поднимали и доставляли в близлежащие аэродромы. Оттуда всё отправлялось в Москву в научно-исследовательский институт для дальнейшей обработки материалов.
   


Ст. Озинки. Сланцевый рудник, военный городок,1968
   Жизнь в Озинках протекала обычно. Выполняли полётные задания, несли службу, но и умели отдыхать!
    В одном из субботних вечеров мы прибыли с Юрой на танцы в Дом Офицеров. Здесь я пригласил девушку на танец. На танцах, как правило присутствовали дочери офицеров. Объявили перерыв, мы вышли в фойе. Вдруг на меня налетели друзья, те, которые на год раньше закончили наше училище. Один из друзей сказал (это был Александр):
- Не приглашай эту девушку. Она моя.
Я ответил:
-  Мы с ней станцевали всего один танец.
   И тут я получаю удар по плечу, я ему ответил тем же. Подоспевшие офицеры «успокоили» нас, мы мирно разошлись. Но чувство обиды нас не покидало. Мы с другом Юрой пошли в гостиницу, а вечер продолжался своим чередом. Легли отдыхать. В четыре часа утра к нам пришли в комнату обидчики.
   - Вставайте! Пошли в нашу комнату, будем мириться!
Поначалу мы отказывались от такого предложения и убеждали, что вины нашей здесь нет и мириться нам не за чем. Всё-таки они уговорили нас, и мы пошли к ним в комнату. Здесь на столе уже стояли стаканы со спиртом. Закуска у холостяков, конечно,
  слабая: хлеб, шматок сала и банка варенья. После принятого снадобья произошло перемирие.
Больше таких эксцессов между нами не возникало. А с девушкой Леной, той, из-за которой произошла ссора, мы стали дружить. И ребята нам уже не мешали в этом.
   В один из вечеров я пошёл её провожать, была холодная погода. Дошли до её дома, зашли в подъезд погреться. Стояли разговаривали, как вдруг скрипнула входная дверь. По тени было видно: заходит человек крупных размеров. Это был командир полка.
  Я взял Лену за руку, и мы спрятались под лестничной клеткой. Когда он прошёл, она мне и говорит:
   - Ты чего испугался? Это же мой папа.
«Вот это ничего себе!» - подумал я.
   Дружба с Леной, дочерью командира полка была недолгой. Мы с ней расстались, обменялись адресами по причине расформирования вертолётного полка.

После выполнения полётного задания.
   Служба проходила в штатном режиме. Для лётного состава должны проводиться плановые тренировочные парашютные прыжки с вертолёта «МИ -6». Подготовив парашюты, всё необходимое, мы поднялись в воздух. Вот мы на высоте восемьсот метров, всё готово к прыжкам. Поступил сигнал:
- Первый, пошёл!
Я был четвёртым на выходе из вертолёта. За мной прыгал мой однокашник Владимир Кушнир. Через несколько секунд произошёл динамический удар, говорящий о раскрытии парашюта. После этого я поправил систему парашюта, уселся поудобней был готовым к приземлению. Земля очень быстро приближалась, надо сгруппироваться и быть к готовым к посадке. И тут удар о землю и парашют потянул меня по ветру. За мной приземлился мой товарищ. Я почувствовал что-то неладное с правой ногой. Погасив стропами парашют, осмотрел место приземления. Оказалось, что приземление произошло на суслиную горку. Левая нога встала по центру горки, правая – на склон. Произошёл перелом правой ноги. Подбежала группа людей, погрузили меня в санитарную машину и отправили в медсанчасть. Там наложили лангет. На следующий день отправили в военный госпиталь в Саратов. Положили меня в палату на третьем этаже.
   Через некоторое время медицинская сестра приносит мне записку, читаю: «Вас приветствуем! Хотим видеть. Три девушки с Озинок. Если сможешь – выходи!» Не зная кто, позабыв о боли, по ступеням спустился с третьего этажа. Я их видел в Озинках, но знаком не был. Они принесли пакет с фруктами. Они приехали в Саратов на сессию. Сидя на лавочке, мы вели беседу. Их звали: Люба, Тамара и Людмила. После непродолжительной беседы Тамара и Людмила ушли в город, а Люба осталась. Мы с ней долго разговаривали.
  В госпитале пришлось пролежать девятнадцать дней. После снятия гипса меня выписали из госпиталя. Ещё в течение десяти дней находился на больничном.
   В ответ на визит девушек я решил отблагодарить их: купил продуктов, бутылку коньяку и поехал поездом в Озинки. Нашёл девушек и договорился о встрече. Встреча была очень тёплая. Одна из девушек в последствии стала моей женой.

ПРИБАЛТИКА

   Прослужив два года в Озинках Приволжского военного округа, получил определённый опыт в службе, жизни и работе. Осенью 1969 года пришло распоряжение вышестоящего командования о расформировании вертолётного полка. Для нас это было неожиданно. Весь личный состав стал готовиться к перелёту. Нам сообщили, что мы должны перелететь в Прибалтику, город Каунас.
   Попрощавшись с друзьями и знакомыми, загрузили в вертолёты вещи. Рано утром следующего дня в составе вертолётной эскадрильи, вертолётов «МИ-6», мы вылетели в Прибалтику. Перелёт был очень тяжёлый, по времени занимал почти весь белый день. Поздно вечером, в сумерках приземлились на аэродром в Каунасе.
    Встретило нас командование Прибалтийского военного округа. Нам поставили задачу на новом месте службы. Разметили нас в исторически старых зданиях, костёлах, для временного проживания. В одном из зданий разместился штаб вертолётной эскадрильи.
   Первые впечатления о Прибалтике и о городе Каунас очень хорошие. Узкие мощёные улицы, старые дома европейского стиля, костёлы и пивные подвалы.
   Город Каунас прекрасен! Чистота, порядок, через центр города протекает река Неман.
   После обустройства и подготовки авиационной техники к полётам мы начали выполнять задачу руководства 16-ой воздушной Армии. Приходилось летать, практически, по всей Прибалтике.
  Июнь 1970 года для меня и моих товарищей стал роковым. В один из ночных полётов на высоте тысячу метров, третьим поворотным отказывает поочерёдно два двигателя. Ночь была на столько тёмная, что земля не просматривалась. Под нами был лес и болотистая местность. Сорокотонная машина оказалась между небом и землёй бездыханная. Посыпалась вниз. Благодаря опытному командиру, лётчику майору Виктору Пахольскому, удалось выжить. Прошли роковые секунды, и мы оказались на земле. Вертолёт был разбит, и восстановлению не подлежал. Конечно, в этот момент вспоминается всё. И так хотелось жить, за что и боролся весь экипаж. Нас спасло то, что мы упали на болотистую местность и лес.
   После случившегося нас подобрала аварийная спасательная служба, отправили в расположение воинской части. Вертолёт был взят под охрану.       
    Далее два месяца реабилитации и лечения, стресс у экипажа естественно был присущ, но врачи сделали все, чтобы его снять и болевые синдромы тоже. В последствии экипаж, в том числе и я, были допущены до полетов. Первые дни полетов проходили с волнительным чувством.  Чуть малейшее отклонение от устойчивого полёта – пот прошибал градом.  Но чем дальше, тем становилось спокойней и уверенней летать.
   Через год необходимо проходить очередное медицинское обследование. Лётную комиссию я не прошел, меня списали с лётной работы по состоянию здоровья. Вопрос стоял: а куда? 
   В вертолетной эскадрильи должности не было. Командир  вертолётной эскадрильи предложил мне перейти в авиационную комендатуру обслуживающей части, которая приравнена к авиационному батальону. По началу служба налаживалась. Командир части был литовец, капитан Каминскас А.Б.
   Мне было поручено отвечать за автомобильную технику, ремонт, эксплуатация, учёба водителей и обеспечение обслуживания полётов вертолётной эскадрильи.

      В данной части приходилось работать без выходных. Я попытался возразить командиру, после чего служба пошла не так, как надо…Я долго думал, как мне поступить в данной ситуации. Мне как авиационному специалисту необходимо обслуживать авиационную технику, но не трактора и автомобили. С этим предложением, предварительно согласовав с командиром вертолётной эскадрильи о возврате на вакантную должность, я отправился в Ригу к начальнику политотдела 16-ой воздушной армии на приём.
   Начальник политотдела меня доброжелательно принял, внимательно выслушал мои проблемы, связанные с взаимотношениями с командиром части. В итоге начальник политотдела в телефонном разговоре даёт распоряжение командиру части о переводе меня назад в эскадрилью на наземную должность, сказав мне: «Езжайте домой! Не беспокойтесь!» Я был очень рад этому событию.

В.С. Горенков и В.А. Плющай – начальник ТЭЧ  ВЭ

    Вернувшись в свою вертолётную эскадрилью, я был назначен на техническую должность в технико-эксплутационную часть, основной задачей которой являлось выполнение технического обслуживания и регламентных работ вертолётов и двигателей.
   Начальником технико-эксплутационной части был майор В.А. Плющай. Коллектив офицеров, где мне пришлось выполнять задачи, был опытный, сплочённый и готов для решения любых вопросов. Здесь я прослужил семь лет, достиг определённых результатов по службе и считался на хорошем счету у командиров. Мне выпала большая честь – стать коммунистом (один из критериев перевода к месту службы за границу). В 1976 году мне предложили вместе с семьёй убыть к новому месту службы в Группу Советских войск в Германию.
   
ГЕРМАНИЯ
   
   Служить в Группе Советских войск Германии было престижно, ведь все знали о том, что наш народ победил Германский фашизм. Произошло переустройство: Германия стала социалистической страной. На территории Германии закончилась Великая Отечественная война – и это вдвойне ответственно.
   Путь до Берлина пролегал через крупные города: Минск, Брест, Варшава. Особенно впечатляет город Брест, где последний рубеж нашего государства. Там наши войска приняли первый неравный бой против напавшего на нашу страну фашистского зверя. Представляя всё это, удивляешься тому, как наши солдаты и офицеры смогли удерживать эту орду.
   Мемориальный комплекс Брестской крепости – это живая память тем событиям.
   После пересечения границы Бреста поезд оказался на территории Польши. Это стало сразу заметно: поменялся ландшафт. По территории Польши (небольшого государства) мы проехали очень быстро и оказались в Берлине.
   Берлинский вокзал арочного типа, на несколько путей подъезда, очень красивый.
   Чтобы попасть в то время служить офицеру в Германию, надо иметь авторитет и быть коммунистом. Как военному человеку
   

Германия, Брандис, 1976 г с сыном Серёжей

Германия, Брандис, 1976 г с сыном Игорем

Дальше путь пролегал на юг Германии, город Лейпциг. Незнание немецкого языка приводило к затруднениям в общении с местным населением. По пути следования встречаются военные люди, которые оказывали посильную помощь во всех вопросах.
   Лейпциг – знаменитый город своими ярмарками, историческими ценностями, памятниками.
   После Лейпцига путь пролегал до города Брандис, где располагался вертолётный полк. С железнодорожного вокзала
нас встретили на военной машине, доставили в часть. Конечно, же, чем дальше в центр Европы, тем интереснее видится человеку, который никогда не был в этих краях: это культура, чистота и порядок, доброжелательное отношение немецких граждан. Брандис - это небольшой городок, но очень красивый.
   Обустройство на новом месте службы не заняло много времени. В новом коллективе появились друзья из числа
офицеров и прапорщиков, с кем пришлось выполнять поставленные задачи.
   Служба в Германии была намного интересней, чем на Родине. Через два месяца приехала семья - стало ещё интересней и веселее жить на новом месте. Помимо основной деятельности, связанной с обслуживанием авиационной техники, принимали активное участие в общественной жизни полка. Активно занимались спортом: волейболом, теннисом. После академии к нам в полк приехал майор Геннадий Владимиров на должность заместителя командира полка по лётной подготовке. Он был заядлый волейболист. Мы с ним подружились и часто встречались на волейбольной площадке. Впоследствии мы с ним встретились в Закавказском военном округе, городе Телави, где он был на должности инспектора по лётной подготовке Воздушной армии.
  Занятия спортом и общественной деятельностью придавало нам сил и желание к хорошему исполнению своих служебных обязанностей. Часто организовывались товарищеские встречи с немецкими друзьями, которые переходили в шумные застолья – брудершафты. Общение с немецкими друзьями было на высоте. Дружба «Фроендшафт» на ломаном русско- немецком языке, что называется, нас сильно тронуло и стало понятно, что новое поколение немцев, более дружественное к русскому солдату.   
   Пять лет службы в Германии прошли незаметно, интересно. Мы имели возможность посещать исторические места Берлина: Трептов – парка, Тир – парка, Потсдама, Карл – Хоста,  Зееловских высот. На этих высотах нашими войсками готовился последний марш-бросок штурма Берлина с применением около тысячи прожекторов и использования воя сирен. Это сыграло огромную роль в победе над фашизмом.
  Особенно хочется сказать о концлагере «Заксенхаузен», который находился в городе Ораниенбург, где мы проходили службу.  Здесь во время Великой Отечественной войны фашисты использовали болезнетворные вакцины на пленных солдатах разных стран. Вакцина действовала на военнопленных,
что впоследствии приводило их к смерти. Это, увидев своими глазами на фото, как мучились солдаты, становится страшно.

Отредактировано ЮРИЙ ВЯЗОВЧЕНКО (2017-09-19 07:57:28)

0

351

(продолжение)

ГРУЗИЯ. ЗАКАВКАЗСКИЙ ВОЕННЫЙ ОКРУГ

    Служба в Германии пролетела очень быстро и, я считаю, как лучшие годы моей жизни. Но как бы они не проходили, Родина всегда тянет назад домой. Когда подошел срок моей замены, мне сообщили, что меня направляют в Дальневосточный военный округ, город Хабаровск. По началу расстроился, а куда деваться?
   Далековато, но служба- есть служба! Не прошло и недели, как пришло другое распоряжение: направить к месту службы в Закавказский Военный округ, город Телави. Настроение
поднялось - ведь близко к Родине и климат нормальный, да и море недалеко. 
   Заранее вещи были собраны, сложены в ящики, пригласил ребят для погрузки в контейнер, предупредил их, чтобы не грузили помимо вещей, разный хлам, а традиций никто не отменял. После погрузки вещей все – таки, чтобы никто не видел загрузили сломанный велосипед и ящик с угольным брикетом, который мы использовали для топки каминов. Вот так и отправили контейнер. Оставив для себя ручную кладь, с детьми мы тронулись в путь. Очень трудный путь пришлось преодолеть - ведь   с чемоданами и детьми.   
    Из   Берлина  поездом до Минска,  затем самолетом до Адлера и далее   до Тбилиси поездом и электричкой до Телави . Позвонили дежурному по полку, за нами приехал помощник дежурного капитан Евстратов Анатолий - хороший офицер, в последствии был у меня в подчинении. Очень надежный, с ним

Военный городок, г.Телави. Сыновья: Серёжа и Игорь

А.Евстратов и П.Кружилин с лётчиками 1-ой ВЭ

пришлось выполнять задачу в Афганистане, он был борттехником вертолета Ми-8.
- Ну что, Толя, вези нас в военный городок!
       Приехали в городок. Он сразу нам понравился: чистый, ухоженный и зеленый, очень много деревьев. Поселили в Офицерскую гостиницу, спали на солдатских кроватях. Через два месяца дали однокомнатную квартиру в двухэтажном  доме.  На следующий день    представили меня командованию части для собеседования, после чего направили   в технико- эксплутационную часть. Тут - то я и встретил своего друга однокурсника по училищу Бондарева Геннадия Александровича.   Какая встреча! Он руководил этой организацией. Для вертолетного полка эта организация, своего рода, фильтр, через который проходят все вертолеты для того, чтобы потом надежно и безопасно летать. После продолжительного срока службы, особенно это дала Германия, я набрался определенного опыта в эксплуатации и обслуживании авиационной техники. Прибыв в Телави, у меня открылось второе дыхание и я с удвоенной энергией приступил к выполнению своих задач.
    Геннадий был опытный руководитель. Простых офицеров на такие должности не ставят, у него за плечами инженерная академия имени ЖУКОВСКОГО. Коллектив, который выполнял сложные работы на вертолетах, был в основном по национальности грузины, азербайджанцы, ну, и русские.
   Мне как начальнику группы регламентных работ приходилось строить свои отношения с этой категорией офицеров и прапорщиков по – особенному. По началу и контроль осуществлял в соответствии с регламентирующей документацией. Изучив и проверив их знания, я стал доверять им и контроль осуществляли техники групп. Доверяй, но и проверяй!  Это безопасность полетов и жизни людей. Прапорщики азербайджанцы,  да и грузины не питались в технической столовой, а обедали на рабочем месте. Зашел разговор.
-  Как вы питаетесь?
- Да, вот так: сухой паек, но сало не едим, не положено по- корану - ведь мусульмане.
И вот как - то зашел к ним проверить, как же они обедают. Смотрю: на столе большие шматки сала.
- Это вот так вы не едите сало?
-  Да, вот тут грешим, а дома строгий закон в отношении него. Этот продукт очень сытный и вкусный.
Кроме основной работы, мы участвовали в спортивной и культурной жизни полка. Особенно волейбольная команда была в первых рядах среди всех команд в полку. Город, в котором служили, славился обилием различных сортов вина, потому что огромная Кахетинская долина вся в виноградниках. Фрукты и орехи собирали прямо вдоль дорог. Выезжали семьями на своих машинах и пустыми никогда не приезжали домой. За период службы в Телави я повстречался с однокашниками по училищу: с Николаем Сиващенко, Николаем Юдиным, которые приезжали в полк с целью инспекторской проверки. Они стояли на вышестоящих должностях в штабах армий. Конечно, встреча была на высшем уровне.  Мы разлетелись по частям после военного училища, а потом через 15-20 лет встретились! Это дорогого стоит.
    В 1985 году встал вопрос о моём повышении в должности и, соответственно, в воинском звании. Благо возраст и опыт работы позволяли. Мне предложили занять должность заместителя командира вертолётной эскадрильи МИ-8Т по инженерно-авиационной службе, предварительно сообщив, что в текущем году нам следует готовиться к убытию в Афганистан.

   Все знали не понаслышке, что там идёт настоящая война. Очень много приходило оттуда цинковых гробов, в том числе и в наш полк.
   Мы – военные люди, а приказы не обсуждаются, а выполняются. Чувство долга – вот, что пересиливало все наши страхи и сомнения. Защита Родины – обязанность каждого мужчины и мы отдавали себя этому без остатка!

АФГАНИСТАН

   В соответствии с планом Верховного командования в октябре 1985 года нашей эскадрильи приказано убыть в распоряжение командующего 40-ой армии ограниченного контингента советских войск в Афганистане. Для формирования личного состава эскадрильи по штатам военному времени командование отвело месяц сроку.
    Началась усиленная подготовка. Не столь важно какая - психологическая или техническая, моральная или боевая, но подготовка велась приближённо к боевым условиям. Днём и ночью лётчиками нашей эскадрильи выполнялись полётные задания в условиях высокогорья, производились посадки на узких горных площадках. Велись стрельбы НУРСами, на полигонах проводились тренировочные бомбардировки. Инженеры, техники, механики, не покладая рук и не жалея сил готовили авиационную технику к полётам, к боевым заданиям.
    Каждый из нас в полной мере осознавал всю тяжесть и опасность предстоящей работы, и чем ближе подходил день убытия, тем больше чувство тревоги преобладало над спокойствием. Мы чётко представляли себе, что можем не

Встреча друзей через 28 лет. Ж.д.вокзал г.Ростова-на-Дону.
Г.Бондарев и В.Горенков

Встреча с семьёй Г.Канунникова
вернуться ОТТУДА. Тем не менее, родителям не сказали об истинной цели командировки - ни к чему было их волновать –
ведь у многих из нас они уже состарились, и вряд ли могут пережить подобное известие. Лишь потом, по письмам, родители поняли, а скорее почувствовали сердцем, ГДЕ служат их сыновья.
    Время шло незаметно, дата убытия неотвратимо приближалась. По окончании подготовки нам даже не дали возможности, как следует собраться и попрощаться с семьями.
    29 октября 1985 года в день отправки эскадрильи гарнизон охватила страшная тишина. Весь полк построился на плацу. Говорили слова напутствия, желали удачи в выполнении возложенной на нас интернациональной миссии и возвращении на Родину в полном составе. Провожали нас тепло и в тоже время с нескрываемой грустью. Не всем предстояло вернуться назад, но каждый думал, что если что-то и случится, то не с ним!
    Объявлена посадка в автобус для отъезда на аэродром. Жена одного из борттехников вдруг неожиданно бросилась к мужу на шею и пронзительно закричала:
  - Не отпущу-у-у-у!!!
   Что это было? Душевный надлом, вырвавшийся наружу после стольких дней нервного ожидания или предчувствие неизбежного? Борттехник погиб при выполнении боевого задания на пятый день пребывания в Афганистане...
   На Тбилиси шли на вертолётах Ми-6, пролетая над своим военным городком, махая крыльями и бросая через открытые блистера монетки - такова традиция уходивших на войну лётчиков. В ответ родные и близкие махали руками, платками и шапками, кричали прощальные слова, которые уже нельзя было разобрать, но все каким-то чутьём понимали их.
Из Тбилиси личный состав эскадрильи на самолёте Ан-12 направился в Ташкент, а оттуда - после ночлега — в Кандагар. От столицы  Узбекской ССР до второго города Афганистана два с половиной часа лёту. После пересечения государственной границы, прильнули к иллюминаторам — какой он, Афганистан? Внизу, под самолетом, плыл горно-пустынный рельеф жёлто-коричневого цвета, на горных вершинах лежал снег.
   Шли на высоте четырёх-пяти тысяч метров, кислородных масок на всех не хватало, поэтому многие путь над Афганистаном перенесли с трудом.
   При подлёте к Кандагару самолёт резко накренился вперёд и стал снижаться. С целью безопасности снижение происходило по крутой спирали вокруг посадочной полосы. В этом была одна из особенностей полётов всей авиации в Афганистане. Кроме этого каждый прилетавший и улетавший самолёт сопровождала пара вертолётов Ми-24, в чью задачу входило отстреливать тепловые ракеты, которые должны были уводить от самолёта «Стингеры».
   Спускаясь по трапу самолёта, каждый из нас ощутил на себе жаркое дыхание афганских гор. И уже очень скоро стало ясно, каким жатом обдаст нас огонь необъявленной войны.
    Встреча в Кандагаре была очень тёплой, в прямом и переносном смыслах слова: нас встречал бывший командир телавского вертолётного полка подполковник Юрий Валентинович Филюшин.
   Тут же созвали оперативное совещание, на котором были названы жуткие цифры. Сообщалось, что Кандагар стал логовом для 45 тысяч душманов, в то время как численность советских войск в расположенном неподалёку от города военном городке не превышала шести тысяч человек.
   Перед вновь прибывшими была поставлена задача — принять вертолётную эскадрилью (войсковая часть - полевая почта 17668), подготовить авиатехнику, изучить обстановку и район боевых действий. На неё про всё дали четыре дня.
   Мы торжественно провожали своих предшественников. Их усталые обветренные и загорелые лица светились радостью — домой, домой!!! А в наших рядах царила гнетущая тишина - мы
остаёмся наедине с трудностями, которые только предстоит преодолеть.
Первый день пришлось посвятить обустройству быта в сборнощитовых домиках. Не успели распределиться по комнатам, как с улицы раздался грохот. Выскочив из модуля, услышали, как прямо над нашими головами просвистели осколки — взорвалась ракета контактного действия, после которой не остается воронки, а осколки летят под углом в 45 по живой силе.
  Эти ракеты стали своеобразным «подарком» от душманов, которые наверняка знали о прибытии в советские части свежих сил. Так нам сразу же дали понять, что здесь идёт война...
    Война в Афганистане шла уже не первый год, но пик боевых действий, принявших самый ожесточённый характер, пришелся как раз на 1985 год, когда были проведены крупные операции в
Панджшере, Герате, Пактии, Хосте, Кунарском ущелье,        Ограниченный контингент советских войск достиг максимальной численности - 109 800 человек, из которых 1868 не вернутся домой живыми. Кровопролитные бои в афганских провинциях будут продолжаться и в 1986 году, а Ограниченный контингент не досчитается в своих рядах ещё 1336 советских воина...
   С первого дня на наши плечи легла тяжесть суровых военных будней. Лётчики, возглавляемые командиром эскадрильи подполковником В. Г. Домрачевым, начали подготовку к первым боевым вылетам.

   Инженерно-технический состав готовил авиатехнику, досконально проверяя технические характеристики каждого из 28 вертолётов эскадрильи. Необходимо заметить, что вертолёты в природных условиях Афганистана не успевают вырабатывать свой ресурс. Каменная пыль попадает во все видимые и невидимые щели, что приводит к помпажу (заклиниванию)
двигателей, поэтому инженерно-технический состав работал на износ круглые сутки.
   Приходилось вручную производить замену агрегатов. Тут уж было не до подъёмных средств. Понимая острую необходимость
оперативной работы, старались быстро привести машины в полную боевую готовность. Огромную помощь в этом мне оказывала группа обслуживания под руководством капитана Н. И. Иванова и весь личный состав бортовых техников. Все понимали, что только тщательная подготовка вертолётов станет гарантией безотказной работы машин и нашей безопасности.
     Боевая работа начиналась очень рано. В два часа ночи выезд на аэродром, до четырёх утра — подготовка авиатехники. Едва забрезжит рассвет, и огненный шар солнца поднимется из-за

Рабочее место в пункте управления.

г.Кандагар,  боевой пункт управления

горизонта, первая пара вертолётов уже уходила на задание. Заканчивали смену в 22-23 часа, и так ежедневно.
    На отдых нам практически не оставалось времени, не считая перерыва на обед с 12 до 16 часов. В эти дневные часы жара достигает  своих пиковых отметок, и температура воздуха в тени поднимается до шестидесяти градусов. Вертолёты в эту летнюю пору не летают. От жары спасала холодная вода в эскадрильских банях и кондиционеры, которыми была оборудована каждая комната. Хорошо утолял жажду чай из верблюжьей колючки.
  Поначалу трудно было привыкнуть к такому распорядку дня и каждодневной напряжённой работе.
  С моим боевым командиром подполковником Валерием Геннадиевичем Домрачевым мы работали рука об руку: планировали, морально и психологически готовили личный состав к боевым вылетам. И так изо дня в день.
Воспоминания - мои и моего командира - перекликаются, ибо мы выполняли одну и ту же боевую задачу. Отличался только характер нашей работы...



      На двенадцатый день нашего пребывания в Кандагаре был сбит самолёт МиГ-21, на котором летел советник Главкома ВВС генерал- майор Власов.
     Это был прекраснейший офицер и опытный лётчик. Занимая высокую должность, мог бы сам и не летать, но НЕ ЛЕТАТЬ ОН НЕ МОГ! Власов погиб. Началась операция по поиску и эвакуации тела генерала.
    Первой вылетела пара, возглавляемая капитаном Горчаговым. К ночи, за пять минут до заката, они успели прибыть к месту катастрофы. Но при заходе на посадку на высоте 30 метров вертолёт был обстрелян из дальнобойного крупнокалиберного пулемёта ШИК, потерял управление и загорелся. Командир и бортовой техник были ранены. Ведомый пары капитан Абакумов, рискуя жизнью, посадил свою машину рядом с горящим вертолётом. Раненые командир и его помощник с трудом смогли перебраться в работающую машину. Третьего


Указание командиру экипажа С. Зайцеву
на выполнение боевого задания

члена экипажа рядом не было. Со стороны душманов начался сильный обстрел.
    - Уходим! - крикнул капитан Абакумов.
     В сплошной пыльной круговерти вертолёт взлетел, и по нему загрохотали пули. Хотя и с сильными повреждениями, но вертолёт благополучно добрался до Кандагара. Командиру подбитого вертолёта и его помощнику была сразу же оказана первая медицинская помощь, затем их отправили в ташкентский госпиталь.
     Третьего члена экипажа, который был тяжело ранен, не смогли отыскать. Назревал скандал. Командир полка приказал, во что бы то ни стало найти пропавшего. Приняли решение, вылетать на поиски и спасение борттехника Владимира Лазарева с рассветом следующего дня. Первыми ушли вертолёты Ми-24, чтобы огнём обработать площадку падения машины.
   Около вертолёта никого не было, но одному из экипажей всё-таки удалось обнаружить и подобрать Лазарева. Весь израненный, с повреждённым глазом он залёг в большую воронку, засыпав себя песком, и тем самым спасся от рук душманов, чьи восторженные крики он слышал.
     Поиски генерала Власова продолжались. В районе падения самолёта были обнаружены банды душманов и большое скопление оружия и боеприпасов, что усложняло операцию по эвакуации тела генерала. Завязались кровопролитные бои: боевые вылеты эскадрильи и всего полка проводились и днём, и ночью. «Вертушки» выполняли задания по десантированию войск, уничтожению банд с помощью НУРСов и бомбометания.
   Сложилась чрезвычайно опасная обстановка, нагнеталась общая нервозность. Возникали задержки с подвозом снарядов и бомб к повторному вылету огромного количества машин. Времени для подготовки техники оставалось катастрофически мало! Было задействовано около 100 вертолётов и около 50 самолётов.
    Нервозность отражалась на взаимоотношениях между командирами и подчинёнными. Такое количество вертолётов подготовить в короткие сроки было очень сложным делом, требовавшим максимального напряжения человеческих сил! Инженерно-технический состав полка старался выполнять поставленную перед ним задачу. Порой просто не хватало человеческих сил!
    Когда у вертолёта расстрелян весь боекомплект вооружения, выработано топливо, то на его подготовку к очередному вылету необходимо время. Мы старались сделать всё это в кратчайшие сроки. И всё же в один из дней командир полка полковник Ю. В. Филюшин, подойдя ко мне, сказал:
- Вы, товарищ майор, за очень медленную подготовку техники можете уехать отсюда капитаном!
- Товарищ полковник, медленно, зато качественно, и вертолёты не будут падать по техническим причинам.
   По долгу службы мне приходилось провожать и встречать практически все вертолёты и лично командира эскадрильи. Роковой вылет для комэска подполковника В. Г. Домрачева состоялся 20 ноября 1985 года. Ничто не предвещало беды, а он предчувствовал, но выполнять ответственное задание надо - никто его не отменял.
    Всё происходило у Ислам-горы, в 80 км к северо-западу от Кандагара... Экипаж комэска вместе с ведомым, где командиром был опытнейший лётчик майор А. А. Капитонов, начал готовиться к посадке машин для десантирования. Неожиданно экипажи заметили внизу большую группу людей - это были душманы. Всё вооружение вертолёта заработало, завязался бой. Вдруг в кабине раздался сухой треск, и через правую руку комэска словно пропустили электрический ток, запахло порохом. Из-под разодранной перчатки по руке лилась кровь. В это время машина начала снижаться и помощник закричал:
- Командир, управляй!
А управлять-то было нечем - ручку управления пулей оторвало. Правый леётчик сумел перехватить управление на себя, но было поздно - вертолёт ударился о каменную глыбу, сделал переворот и металл разлетелся во все стороны. Бортовой техник Сергей Семёнов кринул:
- Покидай вертолёт, сейчас взорвёмся!
   Все - и десантники, и экипаж, с трудом выбрались из разбитой машины. Отползли на 30-40 метров, залегли в укрытие и начали отстреливаться от банды. Через несколько минут вертолёт взорвался.
    Вертолёты сопровождения и прикрытия Ми-24 отбили и отогнали банду душманов, дав другим машинам подобрать экипаж с десантом и возвратить их на базу.
   Командир эскадрильи был ранен в руку, переносицу и ногу, пуля застряла в предплечье. После ранения можно было бы возвращаться домой, но не таков был наш комэска. Пройдя лечебно-восстановительный курс, командир снова встал в строй. Не каждому дано такое мужество и воля.
   21 ноября, пока командир нашей эскадрильи находился в госпитале, по приказу командующего Южного направления советских Вооружённых Сил генерал-полковника Мартынюка командир полка Филюшин, которому 7 ноября, в день рождения, было присвоено очередное воинское звание - полковник, лично повёл вертолёты эскадрильи на десантирование в район Ислам-горы.

Игорь – курсант военного училища

   Десант был высажен, и вертолёты по заранее отработанной схеме уже уходили, когда генерал-полковник Мартынюк вне всяких воинских правил и законов ведения боя приказал командиру полка, набрать высоту над полем боя и руководить высадкой. На высоте шестьсот метров вертолёт с полковником Ю. В. Филюшиным на борту был поражён душманами и начал падать. Командир полка успел сказать в эфир:
  - Поздно! - и его вертолёт, ударившись о землю, взорвался... Почти месяц наша эскадрилья летала на поиски генерала Власова. Потом шла ожесточённая борьба с душманами за тело генерала, которое всё же удалось отвоевать и отправить в Советский Союз...
    В декабре 1985 года в Афганистане начали повально заболевать борттехники: у одного конъюнктивит глаз, у другого - тиф, у третьего - болезнь Боткина («желтуха»). Так что порой, у меня просто-напросто не хватало людей. Но в резерве были ещё три бортовых техника, которые ранее воевали в Афганистане. Их держали в качестве помощников при решении важных технических вопросов и в случае чего, они сразу включались в работу.
В моём запасе находился борттехник старший лейтенант Валерий Кузнецов, который всё время меня теребил:
- Владимир Семёнович, ну дай мне вертолёт, ну дай вертолёт...
- Не дам я вам вертолёт. Вы уже здесь были один раз, и я хочу, чтобы вы со мной вместе отправились домой живым и невредимым.
- Владимир Семёнович, дай мне вертолёт, я отомстить хочу «духам».
Долго я его не пускал в небо, но однажды позвонили из Лашкаргаха - заболел борттехник старший прапорщик Владимир Иванович Кравченко, и срочно требуется ему замена.
- Ну, Валера, давай. Пусть и в этот раз тебя милует Господь Бог.
- Владимир Семёнович, дай мне лётную куртку
   Пришлось отдать ему свою лётную кожаную куртку, и на следующий день мы отправили его в Лашкаргах, где Валера приступил к выполнению боевых заданий...
   Пара вертолётов выполняла задание по замене группы десанта в районе предполагаемого движения колонны каравана с оружием и возвращалась на базу со сменёнными десантниками (офицер и десять солдат) на борту.
   Недалеко от Лашкаргаха (в районе видимости) стояла крепость Александра Македонского, где располагалась база душманов, постоянно тревоживших своими обстрелами советский военный городок в Лашкаргахе, в котором мне приходилось порой ночевать, и я сам попадал под эти артобстрелы. Душманскую базу наши части ни разу не брали штурмом, возможно из-за боязни нанести вред памятнику исторической архитектуры. Афганские старцы рассказывали, что в крепости Македонского белые мраморные ступени уходят в землю на глубину до 70-120 метров, где располагались бассейны и сауны, а на территории самой крепости росли пальмы...
  До Лашкаргаха машинам оставалось около двадцати километров лётного пути, когда ведущий вертолёт с Валерием Кузнецовым на борту был сбит «Стингером»: на высоте около семисот метров у него была перерублена хвостовая балка.
- 756-й, у вас отваливается хвост! - передали в эфире с ведомого
вертолёта.
   Прошло мгновение, подбитый вертолёт опустился на высоту пятьсот метров и начал крутиться в воздухе против часовой стрелки, в противоположную сторону от вращения несущего винта.
- 756-й, вы падаете, прыгайте! - кричат в эфир с ведомого вертолета.
   Прыгнуть было возможно (нижний предел парашюта - 200 метров), но экипаж понимал, что на его борту находятся одиннадцать человек десанта, а в таких случаях десантники говорили:
- Если что-то случится, мы вам прыгнуть не дадим, - напряжение между нами и десантниками конечно было. Вертолёты сбивали, они падали, горели: гибли и экипаж, и десантники, которые всегда были готовы к самоустранению - лёгкой смерти. Нередко один из десантников заходил в кабину, вытаскивал у гранаты чеку и сидел вместе с экипажем до самого конца полёта.
   Вертолёт с Валерием Кузнецовым крутился до самой земли - падение продолжалось 11-12 секунд. Экипаж и десантники погибли...
   Когда мы прилетели на место катастрофы, я видел своими глазами сгоревший дотла вертолёт, сгоревшие трупы солдат и экипажа. Некоторые из тел десантников при падении вылетели наружу. По их разорванным животам было видно, что каждый из десантников держал у своего живота гранату с выдернутой чекой...
    Февральское утро 1986 года началось как обычно: велась подготовка к вылету на боевое задание в район Шахджоя экипажа майора Гаврилова, у которого бортовым техником был Юра Молодёнков. н суетился, бегал около вертолёта, подправляя последние штрихи. Добро на вылет не давали, и на аэродроме воцарилась тишина и спокойствие. Чтобы немного подбодрить борттехника, я подошёл к нему:
Юра, не волнуйся! Слетаешь на задание, а завтра самолётом на
Родину, к семье, - документы об отправке в отпуск были уже у него на руках.
   Пока мы разговаривали, поступил приказ на вылет. Завращались винты, и «вертушки» ушли на задание. Через некоторое время пришло сообщение, что вертолёт майора Гаврилова был сбит и сгорел: при заходе на площадку машину в упор расстреляли из ДШК душманы, засевшие в расщелине гор, закрытой маскировочной шторкой.
    Группу спасения удалось отправить лишь к вечеру, когда утих бой между десантниками и душманами. Тогда и стало известно, что командир экипажа Гаврилов остался невредим, его правый летчик Халикназаров — ранен в ногу, а борттехник Молодёнков погиб при обстреле (пуля попала ему в голову), прикрыв собой командира экипажа.
   На прилетевшем в часть спасательном вертолёте Юра лежал на полу с замотанной в лётную куртку головой. Не вернуться Юрке живым к детям! Дома их у него осталось двое. Юрия Молодёнкова привезли на Родину «Грузом-200»
   Как-то тревожный звонок застал меня в бетонном бункере командного пункта. «Вертушка» командира экипажа капитана С. Зайцева была сбита «Стингером» высоко в горах. Приказали срочно собрать группу спасения, вылететь в зону падения, осмотреть и принять меры. Живо собрались и стали ждать вылета.
   Дело шло ближе к вечеру. Прилетели к месту падения, подобрали площадку, на которую с высоты в полтора метра выбросили группу, а следом за ней и продовольственные пайки. Оценив обстановку, оборудовали из глыб камня оборону и начали пробираться к сбитому вертолёту. К нам подошел офицер-штрафник и предупредил, что в этом районе возможно прохождение банды душманов. Из разговора с ним так же выяснилось, что он, как проштрафившийся, с радиостанцией ходит по горам, выискивает банды и наводит на них авиацию.
   Наш вертолёт лежал на боку, весь искорежённый и к дальнейшей эксплуатации непригодный. Наступила ночь — самое тяжёлое время ожидания: костёр не разожжёшь — погреться негде, а на высоте к утру выпадает изморозь. Так мы, спина к спине, и сидели до утра. О том, чтобы заснуть, не могло быть и речи — в любое время могли подойти душманы и вырезать всех нас. А я вспоминал своего отца, который во время советско-финляндской войны вот также грелся в окопах с водой.
   Три дня и три ночи нас не покидала тревога: появись здесь банда душманов, всем нам пришёл бы конец! Мы же не выдержим натиска с таким малым запасом оружия и количеством живой силы - семь человек. Трое суток мы просидели, пока за нами не прибыла «вертушка».
   Я доложил о состоянии машины. По команде мы обвязали её в разных точках гранатами и, поднявшись в воздух, растеряли НУРСами, чтобы она не досталась душманам. Вертолёт взорвался и сгорел. Слава Богу, «духов» не было, и мы живые и здоровые вернулись на свою базу в Кандагар.
   В один из обычных вечеров к 22 часам на базе собрались все вертолёты. Мы приехали в расположение гарнизона и готовились к отдыху, как вдруг объявляют боевую тревогу по информации дежурного вертолёта. В ожидании дальнейших действия мы залегли в окопы. Оружие всегда было при нас.

Владимир Горенков (второй слева) с группой спасения .

   Нам сообщили, что в направлении нашего военного городка движется колонна длиною в 25 километров. Неизвестно и невидно, кто это. С ужасом подумали - конец! Без поддержки других частей нам не осилить оборону.
    Были подняты дежурные звенья самолётов и вертолётов, но, к счастью, всё обошлось - это двигались правительственные войска Афганистана: к нам шло подкрепление для борьбы с бандами душманов...
  На аэродроме была одна жизнь, в военном городке - другая. Нас часто обстреливали из реактивных минометов, и нужно было защищаться. После обстрела обязательно появлялись убитые и раненые, а если шло прямое попадание, то наши домики горели, как пух. Спасались, обкладывая их саманом до половины окна, и тогда осколки снарядов уже не попадали внутрь помещения.
   Не менее страшно было, когда надвигался ветер «афганец» - песчаный смерч с пустыни Регистан. Тогда наступает сплошная темнота. Песок движется стеной и заполняет комнаты так, что даже лампочки не видно, а без противогаза не обойтись. Ураган свирепствует в течение часа, потом всё прекращается, становится ясно, но столы, стулья, постели и вся остальная мебель покрываются слоем пыли толщиной 15-20 мм.
  Однажды, дежуря на командном пункте, я прослушивал радиоэфир. Вдруг сообщают, что возвращается «вертушка» с сильными пробоинами. Сразу побежал встречать, но когда вертолёт зарулил на стоянку, я с облегчением вздохнул.
   Заскочил в машину, смотрю: экипаж заместителя командира эскадрильи по политической части майора Волкова находится на рабочих местах. Спрашиваю, как самочувствие - в ответ немая тишина. Вертолёт был обстрелян со стороны правого лётчика, который тоже сидел без движения. Тщательно осмотрев всё, я заметил, что пуля прошила куртку в области сердца, но прошла мимо.
    Когда об этом услышал лётчик, он мгновенно побелел на моих глазах. Из кресла его вытаскивали вдвоём, потом долго приводили в чувство...
    Пища в Афганистане была для нас очень тяжелой. Многие продукты оставались, так как не все их ели, а если и ели, то лишь чуть-чуть, лишь бы себя немного поддержать.
    В морозильных камерах грузового салона самолёта Ан-12 нам привозили мороженое мясо и другие продукты. При разгрузке мясо успевало растаять, а когда его доставляли до места назначения, оно нередко пропадало. Такое, попадавшее на обеденный стол, мясо «с тухлинкой» мы не ели. В основном питались варёными консервами «Килька» с перловкой и другим гарниром.
    С Союза мы везли большой запас чая и чайники, в которых хорошо кипятили воду, которая была настолько хлорирована, что даже при простом умывании наши глаза раздирались от хлорки. В результате такого питания и водоснабжения у многих из нас портились желудки.
    Поэтому совершенно понятно, что даже в трудных военных условиях нам хотелось самой обыкновенной русской пищи. Не был исключением из этого правила и я. Приходилось доставать яйца, муку, мясо и самому готовить пельмени. Мясорубки не было, поэтому мясо мелко рубил ножом, заворачивал в тесто и отваривал. На домашний обед я приглашал своего друга - борттехника Анатолия Евстратова...

    Мы, вертолётчики, тесно сотрудничали с десантно-штурмовой бригадой (ДП1БР), которая выполняла задачу по уничтожению вооружённых караванов. По приезде на аэродром для боевых вылетов десантники уже нас ждали, и мы не переставали восхищаться мужеством, волей и бесстрашием этих ребят.
    Смелые, не боятся трудностей, они всегда были готовы к выполнению любой поставленной задачи. Их выбрасывали в район ожидаемого прохождения каравана, и от них зависело многое - основная тяжесть ложилась на их плечи. Работа их была ответственной и очень опасной, ведь напрямую столкнувшись с вооружённым караваном, двигавшимся с территории Пакистана, можно было ожидать чего угодно.
    Во-первых, для проведения досмотра каравана (если он с оружием) нужно уничтожить его охрану, что далеко не безопасное дело, нередко приводившее к жертвам со стороны советских солдат. Во-вторых, после осмотра каравана, необходимо передать информацию на командный пункт. В-третьих, дождаться, когда прибудут «вертушки» и уничтожат караван НУРСами, или прибудет наземная техника и перевезёт конфискованное вооружение на свою базу. В-четвертых, и это самое главное, самим вернуться на базу живыми.
   Десантники находились в сложнейших климатических условиях - изнурительная жара, ветры и песок. Всё это довершали инфекционные болезни - тиф, «желтуха» и корь. Полевые военные госпитали были забиты солдатами и офицерами до отказа.
    Заболел «детской корью» и заместитель командира нашей эскадрильи майор Виктор Степанович Гоман. У него резко упало давление, по всему телу пошли красные пятна и волдыри. Его еле-еле спасли. И, что самое страшное, случилось всё это перед отправкой на Родину, а проблема состояла ещё и в том, что его нельзя было транспортировать самолётом. Однако сам Гоман был непреклонен:
   - Я не останусь здесь, и вместе со своей эскадрильей вернусь на Родину. Чего бы это мне не стоило.
   Среди личного состава были и суеверные, которые весь год пребывания в ОКСВ могли не мыться, не пользоваться водой и мылом. Всё для того, чтобы их миновала смерть...

    Часто нашим экипажам приходилось решать крайне сложные задачи: десантирование войск к месту боёв, эвакуация раненых из района боевых действий и транспортировка личного состава.
   Июль 1986 года... При очередной перевозке из Лашкаргаха в Кандагар (полтора часа лёту) командир экипажа капитан Роман Тупица принял решение лететь на предельно малой высоте и большой скорости. Такой режим полёта делает вертолёт неуязвимым для «Стингера».
   Летели над пустыней Регистан на высоте 10 метров со скоростью 220 км в час, на борту находились 10 пассажиров и три члена экипажа. Внезапно отказали двигатели. Командир среагировал вовремя и выполнил все необходимые команды. Однако «вертушка», задев хвостовой частью бархан, начала кувыркаться. В результате чего весь фюзеляж вертолёта оказался искорёжен, превратившись в груду металла.
    Из тринадцати человек погиб лишь командир экипажа капитан Роман Тупица, не любивший одевать во время полёта защитный шлем. Во время падения он ударился головой о прицел, и - травма оказалась несовместимой с жизнью. Роман ещё некоторое время был жив, тяжело дышал, а когда мы с товарищами стали его переносить в санитарную машину, скончался на наших руках. Борттехника вертолёта с двумя переломами позвоночника, правого лётчика и других пассажиров с переломами конечностей и ушибами отправили на лечение в госпиталь, а Роман полетел домой в «чёрном тюльпане».
    Гибель Тупицы была нашей последней потерей перед заменой. За всё время пребывания на территории Афганистана наша эскадрилья потеряла в живой силе 11 человек, в технике — 14 вертолётов из 28 единиц по штату. Погибшие были из числа лётного состава, в инженерно-техническом в основном обошлось без потерь.

ЗА ЧТО ЖЕ МЫ ГИБЛИ?

   Своих погибших боевых друзей мы провожали на аэродроме с построением всего полка и прохождением траурным маршем. Дальше - погрузка в «чёрный тюльпан» и всё - «Груз-200» летит на Родину. Война...
   Когда мы теряли боевых друзей-однополчан, когда на нас сыпались снаряды, а в глаза заглядывала смерть, вот тут-то я и увидел впервые страшное лицо этой проклятой войны. Моё отношение к жизни сразу изменилось, а мои мысли перепутались. Даже сейчас, по истечении долгого времени, я не могу понять, зачем это было нужно? Многие ребята -сложили головы там, на афганской земле. Забыть их - значит предать.
    Все слабые и сильные человеческие стороны проявляются особенно ярко перед лицом смерти. Мы вынесли из Афганистана неизлечимую боль и печаль. Нам вручали ордена и медали. О, если бы эти награды могли защитить нас от этой боли, но нам от неё не уйти никуда. Она навсегда поселилась в нашем сердце.
   На очередной встрече со старшеклассниками один из гимназистов Иван Свистунов сказал:
- В наше время у людей возникает презрение к окружающим. Для них важно только то, что они хотят сами для себя. Встретившись с афганцами, я убедился, что есть люди, которые стремятся не к личной выгоде, а действуют в интересах всех людей.
   Эти слова тронули меня. Наверно, тронут и окружающих людей.
   С течением времени признали, что введение в Афганистан ОКСВ
- это ошибка тогдашнего руководства страны. А за эту ошибку пришлось расплачиваться парням шестидесятых, семидесятых и восьмидесятых, навеки застывшим в камне...
   За период с 25 декабря 1979 г. по 15 февраля 1989 г. в войсках, находившихся на территории Афганистана, прошло военную службу 620 тысяч советских военнослужащих (525 тыс. - в частях и соединениях Советской Армии, 90 тыс. - в пограничных и других подразделениях КГБ СССР, 5 тыс. - в отдельных формированиях внутренних войск и милиции МВД СССР). Кроме этого на должностях рабочих и служащих в советских войсках находились в этот период 21 тысяча человек.
   Общие безвозвратные людские потери (убитые и умершие от ран и болезней, погибшие в катастрофах и в результате других несчастных случаев и происшествий) советских Вооружённых Сил вместе с пограничными и внутренними войсками составили 16 653 человека. При этом органы управления, соединения и части Советской Армии потеряли 13 833 человека, подразделения КГБ СССР - 572 человека, формирования МВД СССР - 28 человек, другие министерства и ведомства (Госкино, Гостелерадио, Министерство строительства и др.)
- 20 человек.
   За этот же период пропало без вести и попало в плен 417 военнослужащих, из которых 119 человек были освобождены из плена (97 возвращены на Родину, а 22 человека находятся в других странах мира). В настоящее время неизвестна судьба 270 человек...
   Нас направляли в Афганистан для оказания помощи народу страны, мирным жителям, которые встречали и провожали нас с цветами. Почему рядом с военным городком строили свои жилища простые афганские люди? Они знали, что, находясь рядом с русскими, не страшно жить, что к ним не придут душманы и не заберут их, и без того скудный, домашний скарб и пищу.
    Словно осколок врезался в память один эпизод, когда мы готовились к отъезду на аэродром. Около КПП к нам подошли несколько афганских жителей, возглавляемые старцем, который через переводчика объяснил, что хочет говорить с советскими солдатами.
   - Мы - люди простые и бедные. Мы умеем возделывать своими руками землю, ткать ковры, чеканить посуду. Нас убеждали, что придут «неверные» (русские) и заберут наш урожай, заставят детей и жён отказаться от нашей веры. Но мы видим, как советские солдаты старались помочь нам и давали продукты нашим детям. Вы - не разбойники. Просим вас: помогите завоевать мир и спокойствие в кишлаках, городах страны.
   Вот за таких простых крестьян и гибли наши ребята. Гибли, но не роняли своей воинской чести ни на земле, ни в воздухе...
   Война в Афганистане обходилась Советскому Союзу более чем в 10 миллионов рублей в сутки. В октябре 2001 года американские войска вместе со своими союзниками по НАТО вторглись в Афганистан и под видом уничтожения террористов и захвата их главаря Усама Бен- Ладена начали вести боевые действия.
    С тех пор прошло почти столько же лет, сколько длилась и та НЕОБЪЯВЛЕННАЯ ВОЙНА. И афганцы поняли, кто им друг, а кто - враг. Американцы даже не пытаются примирить народ Афганистана. Они уничтожают всех, кто мешает им разорять страну, делать бизнес на производстве наркотиков и строить крупные военные базы, чтобы оказывать своё влияние на весь мир...

ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ

    Наступило 31 августа 1986 года-день отбытия на Родину. Я и мои боевые друзья почувствовали прилив сил и радости, когда самолёт Ил-76 прилетел за нами и зарулил на стоянку для погрузки личного состава эскадрильи. Все мы скоро будем дома, но пока находились на территории Афганистана, чувство тревоги всё равно оставалось в душе.
   Нам необходимо было передать вертолёты вновь прибывшей на замену из прибалтийского города Каунас вертолётной эскадрильи, в которой я служил в 1970-х годах. Здесь я повстречал много старых друзей и получил от них информацию о ребятах, с кем когда-то пришлось служить. Это было приятно, но меня не покидала мысль, быстрее всё сдать и домой.
   Когда имущество эскадрильи передали сменщикам, началась погрузка в самолёт. И вот Ил-76 оторвался от взлётной полосы кандагарского аэродрома и резко начал набирать высоту. Нас так придавило к сиденьям, что подняться было невозможно. Через несколько минут мы находились уже на большой высоте и

Построение вертолётной эскадрильи перед убытием на Родину.

Перед посадкой в самолёт ИЛ-76. Убытие на Родину.

легко вздохнули - ни один «Стингер» теперь не достанет. Когда при пересечении воздушной государственной границы СССР услышали звон сигнализации, мы все, как один закричали:
- Ура!
Теперь совсем не страшно - мы уже дома...
   Мы ушли из Афганистана не победителями и непобеждёнными. Мы просто выполнили свой интернациональный долг с честью.
   В Ташкент прилетели к вечеру; около трёх-четырёх часов проходили таможенный досмотр, после чего командир эскадрильи Домрачев пригласил меня и своего борттехника капитана А. А. Евстратова проведать брата, благо время до утра нам позволяло.
   Хозяева нас встретили прекрасно, но спать не пришлось, и рассвет встречали за разговорами. А утром самолёт нёс нас в Тбилиси, где мы приземлились в полдень, и нас встречали офицеры управления нашего полка. На вертолётах мы перелетели на свой аэродром в Телави, и последние километры до части проехали на автобусе с переполненным чувством нетерпения встречи с родными, с ребятами из своего полка.
   На КПП нас встречал почти весь полк. Не обошлось и без слёз, ведь в своих рядах мы не досчитались боевых друзей. После прилёта нас отпустили в отпуск на два месяца, после которого снова в строй, снова на службу Родине.
   В первый день после отпуска нам представили нового командира эскадрильи - боевого лётчика. Героя Советского Союза подполковника В. А. Кучеренко, пришедшего в полк после Военно-воздушной академии имени Ю. А. Гагарина, с которым мне придётся служить пять лет, вплоть до увольнения из рядов Вооружённых Сил СССР.
   Владимир Анатольевич тоже прошёл горнило афганской войны, где и заслужил почётное звание Героя Советского Союза. Участвовал в тридцати боевых операциях, совершил 1400 боевых вылетов, проведя время в воздухе на пределе человеческих возможностей. Как-то раз на один из заданных вопросов он ответил:
- Очень важно, что советские люди доказали: даже в тяжелейших боевых условиях наши воины сохраняют лучшие человеческие качества.
   Служить с Владимиром Анатольевичем Кучеренко было вдвойне интересно, так как мы ставили свою работу на тех примерах, которые довелось прочувствовать в Афганистане.
   Подполковник В. А. Кучеренко стал третьим Героем Советского Союза, с кем я соприкоснулся на своём жизненном пути...
 
УГОН ВЕРТОЛЁТА

    После Афганистана в повседневной служебной жизни мы выполняли задачи по обучению лётного состава. Случались и командировки по приказу вышестоящего командования.
   В 1989 году в нашем полку произошло из ряда вон выходящее событие. 24 апреля хороший офицер и грамотный лётчик старший лейтенант И. И. Гиматов, служивший в моей эскадрильи, угнал вертолёт Ми-8 в Турцию. Но обо всем по порядку...
   Когда в наш полк возвращались из Афганистана погибшие товарищи, то весь состав части собирал деньги из своей зарплаты в виде материальной помощи семьям погибших. Жена Ирека Гиматова и хотела воспользоваться таким моментом, чтобы избавиться от мужа и, одновременно, получить кругленькую сумму.
   После очередного планового полёта старший лейтенант пришёл домой уставшим и прилёг отдохнуть. Не долго соображая, супруга набросила ему на руки провода и воткнула в электрическую розетку. Убить мужа не получилось и, испугавшись, она уехала, бросив супруга одного. Очевидно, именно эта семейная трагедия и была последней каплей, толкнувшей Гиматова на преступление.
    23 апреля 1989 года вертолёт нашего полка (Ми-8Т, бортовой номер №08) с генералом на борту прилетел из Телави на аэродром «Эребуни» (г. Ереван, Армянская ССР). Его обратный путь был отложен в связи с плохими погодными условиями. Облачность находилась на высоте порядка ста метров, и в таких условиях летать на вертолётах можно было лишь высококлассным лётчикам.
   Вертолёт был взят под охрану, а экипаж, закрыв машину, пошёл отдыхать в гостиницу. Все находились в ожидании улучшения погоды. На следующий день, 24 апреля, правый лётчик старший лейтенант И. И. Гиматов под видом того, что он что-то забыл в вертолёте, взял ключи у бортового техника, подошёл к вертолёту и стоявшему рядом с ним на посту часовому.
- Нам необходимо опробовать вертолёт, для того, чтобы устранить неисправность.
   Часовой разрешил открыть машину, и старший лейтенант Гиматов, подготовленный на уровне командира экипажа, запустил вертолёт, закрыв за собой входную дверь. Через несколько минут, в 15 часов 35 минут по местному времени, Ми-8Т взлетел, взяв курс на американскую базу в турецком городе Эрзерум. Расстояние до границы с Турцией было всего четыре километра и дежурные звенья, поднятые по тревоге в воздух, не имели никаких шансов перехватить беглеца.
   Тем временем генерал ждал нормальных погодных условий на командном пункте и повторял своё либимое изречение:
- Как генерала возить, так погода плохая, а как улетать домой, так погода хорошая.
   Но после того, как его проинформировали об инциденте, он пришёл в ужас.
   После побега к нам в полк моментально приехали спецслужбы, опечатали всю документацию и приступили к опросам личного состава. К счастью, благодаря тому, что у нас в подразделении работа была налажена по высшему разряду, инцидент не затронул никого.
   Спустя некоторое время мы узнали, что Гиматов давно готовился к побегу за границу. В изъятых у старшего лейтенанта дома бумагах нашли заранее разработанные планы маршрутов угонов вертолётов из любой приграничной точки СССР.
   По горячим следам посольство Турции в СССР заявило, что в связи с этим инцидентом и в соответствии с международными и турецкими законами ведётся расследование. Имущество Советского Союза в виде боевого транспортного вертолёта Турция возвратила нашей стране через месяц не потревоженным (на типе вертолёта, который был угнан, стояли секретные опознавательные блоки) и в полной сохранности.
    О дальнейшей судьбе старшего лейтенанта Гиматова, попросившего у турецких властей политического убежища нам больше ничего не было неизвестно. Возможно, беглеца некоторое время эксплуатировали, и он показывал методы полётов на советских вертолётах. В полнее вероятно и то, что всё это время он жил припеваючи, но обычно такие люди не долго живут за границей, погибая в автомобильных авариях...
   После инцидента с угоном вертолёта служба в нашем полку продолжалась своим чередом, вот только времена изменились. К нам стали поступать молодые лейтенанты с военных училищ, отказывавшиеся от службы в Вооружённых Силах с первого дня своего прибытия в часть.
   Приходилось беседовать с этими ребятами, узнавать у них, что послужило принятию ими такого решения. Приходилось переубеждать и объяснять им, что Родина затратила огромные средства на их обучение, но многие всё равно отказывались. Оставалось лишь вспоминать время, когда сам с радостью и удовольствием обучался в военном училище, а затем защищал Родину, будучи офицером...
   В конце 1980-х - начале 1990-х годов гласность и перестройка потихоньку толкали страну к развалу, и случаи с молодыми офицерами, отказывавшимися служить, были сигналом к тому, что и Вооружённые Силы начинают разваливаться.

ПЕРЕЕЗД В БАЛАКОВО

   Наш переезд в город Балаково проходил в непростых условиях войны в Грузии. Свои ценные вещи мы загрузили в легковой автомобиль и выехали из Телави на Тбилиси, а затем по   Военно-Грузинской дороге направились через Крестовый перевал на Владикавказ, в Россию.
   Зная о военном положении на Кавказе, я оформил отпускной билет с возвратом к месту службы в город Телави. Это сыграло важную роль в нашей поездке, ведь по дороге нас останавливали одиннадцать раз на контрольно-пропускных постах, и везде следовало платить пошлину.

   На этих постах стояли обросшие волосами люди в гражданской одежде с автоматами в руках. Что может быть на уме у вооружённых в горах людей? Нас, как говориться, пронесло, и когда мы спустились с гор и заехали во Владикавказ, то вздохнули с облегчением. Можно было спокойно продолжать свой путь на Волгу.
   Мы проехали по прекраснейшим местам Владикавказа, Нальчика, Пятигорска, Минеральных Вод, захватили часть Ставрополья и выехали на трассу в Калмыкии.
   Дорога по калмыцким степям - это несколько сотен километров пути по степи, опалённой солнцем и ветром, песчаной позёмкой. Полувысохшее Чаграйское водохранилище, озеро Маныч-Гудило - таким запомнился нам калмыцкий пейзаж, проехав который, мы въехали на территорию Волгоградской области.
   Город-герой Волгоград раскинулся вдоль правого берега Волги на целых 70 километров. Мы проехали мимо Мамаева кургана: остановились, поклонились погибшим здесь во время Великой Отечественной войны советским воинам, и поехали дальше на север — на Камышин, Саратов.
   В дороге нам повезло: отказов у автомобиля не было. Проехали Саратов, Энгельс, оказались на прямой дороге, ведущей к Балакову, и сразу почувствовали близость завершения долгого пути, появился прилив бодрости и сил.
   Наш путь от Телави до Балаково длился двое суток. Измотались мы порядочно и очень сильно устали, когда через два часа после Саратова приехали в Балаково. Здесь нас уже ждали и встречали с радостью родные.
   Началось наше обустройство и поиски жилья. Нам повезло, что одни из родственников предоставили в наше пользование двухкомнатную квартиру, в которой мы прожили около года, пока не получили положенное по закону жильё.
    Началась осёдлая, не такая, как в армии на колёсах, жизнь...





НА ЗАСЛУЖЕННОМ ОТДЫХЕ

Встреча воинов-афганцев.

   Переход от военной жизни к гражданской давался нелегко. Часто снились по ночам военные афганские будни, поэтому приходилось строить свою жизнь на рельсах мирного времени.
   После увольнения из Вооружённых Сил и выхода на пенсию, я и не предполагал, что буду в дальнейшем продолжать свою трудовую деятельность. Причин тому было множество.
   Во-первых, служба в Вооружённых Силах - это не мёд, а титанический труд!
   Во-вторых, за моей спиной осталась война в Афганистане, где    каждый день мог стать последним в жизни!
   В-третьих, лётное дело неизменно связано с риском для жизни!
   В-четвёртых, встречи с однополчанами стали традиционными.





Внуки: Маргарита и Ярослав

   Всё это, вместе взятое, сказалось на моей усталости, снижении физической активности и состоянии здоровья.
   Не последнюю роль в этом сыграла нелепая и страшная смерть старшего сына. Эта гибель совсем подкосила нашу семью. Но жить надо было для младшего сына и ради самой жизни. Нужно было трудиться, чтобы оставить на земле благородный след после себя. Так начинались мои гражданские будни...
   Через месяц после переезда в Балаково я устроился в Балаковский аэропорт, где проработал три года, пока он не закрылся.
   После аэропорта я перешёл на завод по производству минеральных удобрений и серной кислоты на должность заместителя начальника штаба ГО и ЧС. Работа мне была знакома, и труд был в удовольствие, так как мы решали вопросы
безопасности и защиты рабочих и персонала завода от чрезвычайных ситуаций.
   На Заводе минеральных удобрений я проработал семь лет, а затем перешёл трудиться к ветерану-афганцу, депутату Балаковского городского Совета депутатов А. В. Силантьеву, став его помощником.
   С этого момента мы начали с Александром Викторовичем Силантьевым обговаривать вопрос о создании в Балакове организации, которая бы защищала права воинов-интернационалистов, оказывала помощь инвалидам афганской войны и родителям погибших в Афганистане балаковцев.   Впоследствии была создана ветеранская организация.
   Чтобы прожить нормальную и достойную жизнь, необходимо передавать свою силу, знания и опыт будущим поколениям. А у меня оставался сын Игорь, которому необходимо помочь в дальнейшей жизни после окончания средней школы.
   Большинство из родителей хотели бы, чтобы после школы их дети продолжали учиться в высшем учебном заведении. Мы с женой устроили его на шестимесячные подготовительные курсы БИТТиУ, после обучения и сдачи зачётов он автоматически становился студентом института. Однако Игорь заявил:
- Я вместе с вами прожил свою жизнь в военных гарнизонах с солдатами и офицерами. Я просто не смогу прожить без военной службы...


   Аэродром г.Телави. 1-ая вертолётная эскадрилья.
Сын Игорь после приземления

   Возвращаясь к своей службе в Телавском вертолётном полку, я хорошо помню: когда Игорь начал увлекаться парашютным спортом, я не возражал, а только приветствовал его занятие. Я не был против того, чтобы один из сыновей продолжил военную традицию отца. В связи с этим мне хорошо запомнился один из эпизодов жизни нашей семьи периода конца 1980-х годов...
   В нашем полку работала секция парашютного спорта. Однажды я зашел в помещение во время занятий, смотрю, а Игорёк вместе с солдатами делает укладку парашютов. В секцию его не брали по возрасту, но с согласия родителей можно было начинать прыжки в 14 лет. Наш Игорёк так втянулся, что стал прыгать и дошёл до высоты три тысячи метров с задержкой времени открытия парашюта.
   В День авиации на нашем аэродроме состоялись показательные прыжки в честь праздника. Нам с женой очень хотелось посмотреть, чего же достиг сынок и, приехав к месту событий, стали с волнением ожидать прыжка. Узнали, что Игорёк уже в воздухе, и вглядываемся в небо.
    Прошло немного времени, товарищи сына уже приземлились, а его всё нет. Оказалось, из-за очень маленького веса Игорь не смог приземлиться по времени, поэтому долго висел в воздухе. Когда Игорёк, наконец, приземлился, я поздравил его и велел лучше кушать и набирать вес, если он хочет профессионально заниматься парашютным спортом...
   Летом 1992 года Игорь прошёл медкомиссию и поступил в Пермское высшее военное авиационно-техническое училище. Но проучился там всего полтора года, попросив меня, забрать его из училища. Причиной случившегося послужили отношения, которые стали складываться в те годы в Вооружённых Силах Российской Федерации. Пришлось забрать его с зачётом о полном прохождении срочной солдатской службы.
- Игорёк, что дальше делать будем?
- Пойду работать, - и устроился в автотранспортное предприятие в цех двигателей, где проработал три года.
  Осознав, что без высшего образования не обойтись, Игорь решил – таки поступать в БИТТиУ. Сдал документы, прошёл собеседование со сдачей зачётов и был зачислен на вечернее отделение факультета «Промышленное и гражданское строительство». Создал семью, появились внук и внучка.
    После окончания ВУЗа он работает на заводе минеральных удобрений инженером производственно-конструкторского отдела.
   Основа дальнейшей жизни складывалась таким образом, что, руководя Балаковским городским отделением инвалидов войны в Афганистане, мы вынуждены были войти в состав Совета ветеранов как приемники ветеранов Великой Отечественной войны.
   Сегодня нам необходимо сделать всё, чтобы сохранить в памяти будущих поколений подвиги наших отцов и дедов, ветеранов афганской и чеченской войн.
   Одно поколение уходит из жизни... На смену ему приходят продолжатели...
   Ради этого стоило жить!


Встреча с товарищем по службе А.Янценом.
Волга-матушка

С командиром эскадрильи В.Домрачевым. На Волге

0

352

(продолжение)

Я пишу стихи о войне

ЭХО ВОЙНЫ

Война всегда была жестока,
Война всегда была страшна.
И сколько слёз, и сколько боли
Всем поколеньям принесла.

И жизни тех, кто не вернулся,
И горе тех, кто воевал,
Всегда бедою обернутся
Тем, кто их ждал и провожал

Война – нелёгкая прогулка:
Снаряды, мины, смерть и боль.
И грохот боя, бомбы, пули,
А в миг затишья: «Я - живой!»

И часто гул войны далёкой
Мы слышим, в памяти храня.
Война всегда была жестокой,
Война всегда была страшна!







БОЕВОЕ БРАТСТВО

«Боевое братство» крепче стали,
И нет крепче дружбы тех ребят,
Что в Афганистане воевали,
Что прошли войны кромешный ад!

Как много было сделано в Афгане!
Во имя нашей славы боевой,
Во имя тех, кого нет нынче с нами,
Во имя тех, кто и сейчас с тобой!

Ведь солдаты «боевого братства»
Совершили подвиг боевой:
Жизнью рисковали не напрасно -
Заслонили Родину собой.

«Боевое братство» в наши годы
Не забудет пройденной войны.
Снятся им военные походы,
Об Афгане часто снятся сны.

«Боевое братство» крепче стали,
И нет крепче дружбы тех ребят,
Что в Афганистане воевали,
Что прошли войны кромешный ад!






ВОЕННЫЙ ХАРАКТЕР

Когда мы идём после боя,
Пустынной дорогой пыля,
Дороже ещё и роднее
Нам кажется эта земля.

Мы долго любуемся солнцем,
Глаза прикрывая рукой.
Такая судьба у военных,
Военный характер такой.

Когда от грозы потемнели,
Озёра и трассы свинца.
Мы верность свою сохранили –
Сумели стоять до конца.

Мы били врага ненавистно,
К прикладу прижавшись рукой.
Такие сердца у военных,
Военный характер такой.

О, русская честь и отвага,
И смелость, и дух боевой!
Такие сердца у военных,
Военный характер такой!






БОЛЬ ДУШИ

Пусть вынести пришлось нам много,
Но пока колет душу боль,
Нам рано подводить итоги –
Ведь время есть у нас с тобой.

Всю жизнь стремились мы с тобою
Достойно Родине служить.
Нас часто память беспокоит,
Войны меняя миражи.

Война встаёт перед глазами,
Тревожит душу теребя,
Но память никогда не сможет
Забыть погибших там ребят.

Вона для нас всегда стихия.
За нею – разрушенья след.
И вновь пишу стихи я –
В душе покоя, видно, нет.











ШАЛЬНАЯ ПУЛЯ

Война идёт то там, то тут.
Афган, Чечня, Осетия.
Страдают люди, мира ждут,
Война – всегда трагедея.

Такая, знать, судьба у нас –
Пройти войны дорогами.
Ведь мы – военные, для нас
Приказ – и вновь в дорогое мы.

Так нам судьбой предрешено:
Пройти Чечню, Осетию,
Афган, охваченный огнём,
Путь страшный и ответственный.

Жестокое лицо войны
Мы видели воочию.
А дома ждут нас пацаны,
Ждут жёны, мамы, дочери.

Война не может без потерь,
Без пуль шальных, без выбора.
Как матери сказать теперь,
Что пуля сына выбрала?

Напрасно старенькая мать
Ждёт верит и надеется.
Она привыкла сына ждать,
Ей в смерть его не верится.

Война коварна и страшна,
Страшна своими жертвами.
Живые в сердце сохранят
Погибших имя светлое.


МЕДИЦИНСКИЕ СЁСТРЫ

Медицинские сёстры, родные,
Рассказать о вас много причин!
Сколько в вас терпеливости, силы
Очень нужных для нас, для мужчин.

И в момент напряжения острый,
Коль случается где-то беда.
Знаю я: медицинские сёстры
К нам на помощь приходят всегда.

На войне вы такие ж солдаты –
В бой вступаете наравне.
Чтобы раненых в медсанбаты
На своей притащить спине.

После тяжкого  боя ночью
Привезли в палату бойца 6
Всё хэбэ разорвано в клочья.
Кровь из ран текла без конца.

Он стонал в забытьи от боли,
Он  ещё продолжал быть в бою.
И сестричка, собрав свою волю,
Начинает работу свою.

Осторожно раны промыла,
Руки ловки, крепки и нежны.
Губы сжаты, слеза покатилась –
Ведь такая работа у них.

Сколько ран обработали руки,
Сколько боли видали глаза!
Сколько мужества, горя и муки –
Не хватает и слов рассказать.

Время лечит, я это знаю,
Но сегодня, не пряча слёз,
Я тебе, сестрёнка родная,
Подарю миллион алых роз.

МЫ ПОМНИМ

Афганистан нам близким стал когда-то.
Афганистан – родной, и не родной.
Тебе мы – не сыны, а лишь солдаты,
А ты для нас стал мачехой-судьбой.

Афганистан – чистилище войны.
И кровь людская там текла, ка реки.
И свято помнить люди все должны,
Где сыновья остались их навеки.

Только вера и патриотизм,
Афганистан, спасать тебя нас звали.
Мы шли, не зная, как опасна жизнь,
Мы шли, своих товарищей теряя.

Не знали мы, как больно их терять,
Как больно понимать, что их уж нету.
Клялись их никогда не забывать,
Клялись, что отомстим врагу за это.

Дорога сквозь пустыню Регистан
Под взрывы бомб казалась сущим адом.
Как нам забыть тебя, Афганистан?
Ты снишься нам, ты вечно с нами рядом!





ВЫВОДУ СОВЕТСКИХ ВОЙСК ИЗ АФГАНИСТАНА ПОСВЯЩАЕТСЯ…

18-ой годовщине

Афганистан – такой далёкий;
Солдатам ты - как край родной.
Горы, пустыни, каньоны –
Вот ты какой!

Афганистан – такой ты грозный –
Взрывы снарядов, пули свистят.
Жизнь забирали злодеи-душманы
Наших солдат.

Не хватает воды и паёк небогат.
Прилипает от пота «хэбэ».
От жары не спастись, здесь она – шестьдесят,
Вот такой он достался тебе!

Кто был когда-то в Кандагаре,
Где шли жестокие бои.
Тот жил там, как в сплошном угаре,
От этой не святой войны.

Только раз выпадает там снег,
А дожди вообще не идут…
Но боёв там хватило на всех,
А сыночков на Родине ждут.

Афганистан – такой далёкий;
Солдатам ты - как край родной.
Горы, пустыни, каньоны –
Вот ты какой!

19-ой годовщине
В девятнадцатый раз
Вспоминаем Афган,
Как война началась,
Как сражались мы там.

Но мы помним всегда
Всех погибших ребят,
За проклятый Афган
Жизнь пришлось им отдать.

Помним мы медсестёр,
Нас спасавших в бою.
Их бесстрашным рукам
Вечно славу пою.

Помним мы матерей-
Им наш низкий поклон.
Ждущих нас, сыновей.
Вы –наш тыл, наш заслон.

Часто смерть на войне
Ходит рядом с тобой.
Но знаем, что всех
Ждут родные домой.

Десять огненных лет
Шли в Афгане бои.
Не забудут их те,
Кто остался в живых.

Шли мы в бой, не боясь,
Что погибнем в бою
За родные края,
За Отчизну свою.

Воевали мы там
За родных, за друзей,
Чтоб настал навсегда
Вечный мир на Земле.
20 лет спустя

Память – страшная сила
И вопросов полна:
Что война натворила
И кому ты нужна?

20 лет пролетело,
Как с Афгана ушли.
Но то страшное время
Позабыть не смогли.

И стоят обелиски –
Тяжкий след на земле.
Чтобы помнили близкиких,
Кто погиб на войне.

Время быстро проходит,
Пролетают года.
Но в любую погоду
Мы приходим сюда.

Память нас возвращает
В тот далёкий Афган,
Где с друзьями прощались
Под войны ураган.

Сколько крови пролито
На горячем песке…
И слезинка скупая
Пробежит по щеке.

И рука поднимает
Боевые сто грамм
За ребят, что погибли,
Защищая Афган.

На холодных ступенях
Выпьем рюмку и две,
Третью память о тех,
Кто погиб на войне.

Кто послал их на бойню? -
Я не знаю ответ.
И кому нужны войны –
Источники бед?




                                                            21 –ой годовщине

Двадцатый век - и  дней военных даты,
Для тех, кто грезил той войной.
Но в год восемьдесят девятый,
Вернулись победители домой.

Двадцать один после войны –
Мы не пропали, мы живы.
Мы этой памяти братской верны.
Родине верно служили.

Закончен век, проходят годы
И взгляд на жизнь совсем другой.
Но доже, если кончатся невзгоды,
Мы не забудем: Афган всегда с тобой!

Награды нам давали за войну,
Но не в наградах смысл, а в клятве боевой.
Я каждому солдату дал бы Красную Звезду.
Ах, как хотелось нам побыстрей домой!

На память наша не даёт покоя,
Солдату душу, теребя.
Мы жить должны всегда достойно
И верить в друга, как в себя.






                                                               22 – ой годовщине

Двадцать два года назад
Из душманского ада,
Из-под пуль и снарядов
Возвратился домой последний солдат.

Мы помним жестокие эти бои.
И в ненастье, и в зной
Уходили ребята
В свой, порою, последний бой.

Пусть реже снится нам война
И память солью сыплется на раны.
Ведь жизнь прожили мы не зря
Тех, кто служил в Афганистане.
















23 – ой годовщине

Двадцать три прошли тяжких года,-
Для афганцев тяжелей вдвойне:
Страшные перенесли невзгоды,
Их бессчётно много на войне.

Теперь, Афганистан ты вдалеке,
Хотя родным солдатам был когда-то.
Ещё не думалось о феврале,
О самой знаменательной дате.

И раны до сих пор у нас болят
И не дают ни сна нам, ни покоя.
И в памяти заправщики горят,
Но в бой идут в бреду пылающего зноя.

А кто нам скажет правду о войне?
Теперь войны такой жестокой нету.
За честь свою сражались мы в стране,
Которая нас разнесла по свету.

И кто теперь понять нас сможет?
Кому сейчас всех тяжелей?
Кто прав, кто оценить всё сможет,
И кто поймёт всех матерей?

Больней всего больным и близким,
Пронесшим тяготы войны.
Мы поклоняемся им низко,
Спокойно спите,  пацаны!

24 – ой годовщине

Все они,  конечно, там
Славы не искали.
В двадцать лет хотелось им
Рассвет встречать.
Но по ним хлестали пули
Из свинца и стали.
Этого всегда не стоит забывать.
Долг они свой свято выполняли
И пришли с войны домой
Героями солдаты.
Мы не за награды
Воевали там.
А выполняли Родины приказ,
Мы честь свою не замарали.
И выполняли материнский мы наказ.















25 – ой годовщине

Встаёт очень рано багровое солнце
И днём распускается алый тюльпан.
Поднялись на бой героев питомцы,
На помощь пришедшие в Афганистан.

Там воевали наши ребята,
Били зловещих душман.
То фугаса, мины раскаты –
Необъявленный Афганистан.

Песчаные бури и смерчи –
Бушует войны ураган.
Ранения,   атаки и смерти –
Это кровавый Афганистан.

Войны без потерь не бывает,
Мы  смерти смотрели в глаза.
А слёзы горе скрывают.
Мы помним  этот Афган.

И стоят обелиски в молчаливом обличии –
Чёрный цвет им, по праву, дан.
Сюда приходят не безразличные,
А те, кто помнит Афганистан.





26 – ой годовщине

МЫ ТЕБЯ ПОМНИМ, АФГАНИСТАН!

Проходят годы, но поверь,
Что жить нам всё сложнее.
Я рад, что нет войны теперь,
А память всё ясней.

Мы сейчас не слышим взрывов
И не видим злых душман.
Помню юности порывы:
Нас пошлют в Афганистан!

Не забыть дни тяжёлых боёв
И верблюдов в чужом караване,
И единственный в фляжке глоток,
И багровое солнце над нами.

Тревожные письма не приходят домой
И жары за шестьдесят не бывает.
Ракеты не летают над тобой
И эскадрильи в Афганистан не посылают.

Как жить нам теперь?
Как трудно нам было подчас!
Но, юный мой друг, поверь:
Мы защищали вас.




27 – ой годовщине
РОКОТ ВЕРТОЛЁТА

Рассвет пустынею наполнен.
«Вертушки, к бою!» - вылет дан.
В горах бои,  там просят помощь –
В ущельях гор зажат десант.

Знакомый рокот вертолётов
Прибавит сил, поднимет дух.
Как важен он для них, как дорог;
«Держитесь, братцы,,  мы уж тут!»

Придаст им воли этот рокот.
Десантник знает – в трудный миг
Придут на помощь вертолёты,
Главнее цели нет у них.

Приклады руки обжигают –
С утра уже под пятьдесят.
Пусть тяжело, но каждый знает,
Что вертолёт спасёт ребят










28– ой годовщине

ПАМЯТЬ В ДУШЕ МОЕЙ

Аллея Славы для Героев –
Солдатский памятник на ней.
Стоит он в память об афганцев,
Погибших в страшной той войне.

Мы свято помним балаковцев,
Геройски воевавших там.
Тринадцать их осталось вечно
В песках страны Афганистан.

У тех, кто выжил там, в Афгане,
Прошёл ту страшную   войну.
Остались лишь воспоминания,
Я их в душе своей храню.

Афган – и время здесь бессильно.
Афган, мы в памяти храним:
Друзей запылённые лица,
Военных будней наши дни.

Где на граните ваше имя
Навеки написала жизнь.
Склоняем головы седы,
Войны здесь видим миражи.

И у военных обелисков
Огонь не гаснет никогда.
От всех живых поклон вам низкий
И в небе яркая звезда.

ПОЭЗИЯ МИРНЫХ ДНЕЙ
ОФИЦЕРСКИЙ МУНДИР

От годов запылился
Офицерский мундир,
Он в шкафу затаился
И команд не даёт командир.

Помнит он, что военная жизнь –
Без прикрас -  не проста.
Поле боя: густая полынь,
Под фуражкой уже седина…

Седина бела, как снега
На вершине горы.
Слишком служба была тяжела
В лихолетья войны.

Сутки бились подряд…
Не сочтёшь непрерывных атак.
Полегло там немало ребят…
Их забыть – это значит предать.

Защищая чужую страну,
Мы теряли своих сыновей.
В двадцать лет обрели седину,
Не унять нам тоску матерей…

В орденах офицерский мундир,
Он в шкафу затаился от бед.
И команд не даёт командир –
Их так много побед!

ДРУГУ ИГОРЮ КАРАВАЕВУ

Пролетают годы…
Друг мой, не грусти!
Прошёл Афган, Чернобыль,
Но ты всегда в пути.

Я верю в преданность  и братство,
Страдать от жизни не спеши.
В тебе заложено богатство –
Стихи и проза для души.

Всю жизнь стремимся мы с тобою
Достойно Родине служить,
Нас часто память беспокоит:
Жизнь преподносит виражи.

Знакомый рокот вертолёта
Прибавит сил, поднимет дух.
Гитара, лира, песнь востока –
Успехов и здоровья друг.

Вертолёты уходят в небо
Один за другим…
Бог давно у нас не был:
Но он ведь на всех один!







ЖИВУ НЕ ЗРЯ

Я не классический поэт,
И не мечтал об этом,
Простой я человек,
Судьбы своей корректор.

Построил просто жизнь свою,
Назвал её судьбою.
Я смысла жизни не таю,
Его тебе открою.

За Родину и за народ
Готов всегда я к бою.
Частицу сердца своего
Я отдаю без боли.

Жизнь не назвал я лёгкою –
Легла на плечи тяжесть.
Война была далёкою,
Но близкой оказалась.

И сказано немало слов
О жизни, о любви…
Когда придёт к тебе любовь? –
Попробуй назови.

Тебя берёзкою назвал бы
И назову цветком.
Не сразу в жизнь свою позвал,
Оставил на потом…

Но жизнь весною расцвела,
Любовью торжествуя.
В борьбе, в тревогах, но не зря
Прожил я жизнь такую.

МЕЖДУ НЕБОМ И ЗЕМЛЁЙ

Что жизнь людская? – мотылёк,
Затерянный в потоке бренном.
И между небом и землёй  -
Песчинка малая Вселенной.

Но в этой жизни есть Любовь –
Она царит на белом свете.
И между небом и землёй
Соединит с тобой нас вместе.

Я растоплю меж нами снег,
Разведу беду руками.
Звезду достану я с небес
Лишь для тебя, моя родная!

Я подарю тебе любовь,
И своё сердце подарю я.
Лишь для тебя во тьме веков.
Цветочек аленький найду я.

Но знай: ни злые холода,
Ни снег и ветер, лёд и пламя
Нас не разлучат никогда -
Пока живу, люблю тебя.







ВСТРЕЧА НА РАССВЕТЕ

Балаково – славный город,
Русская Венеция!
Как мне хочется с тобой
На рассвете встретиться.

Твои улицы, кварталы
И бульвары светлые.
Новостройки и причалы
Нас влекут приветливо.

Город славных ветеранов
Ад войны прошедших.
Праздник ваш не за горами –
Рады будем встрече мы.

Это город молодёжи,
Город молодых сердец.
Их энергия поможет
Мир построить на земле.













ВОЛГА -  МАТУШКА РЕКА

Живёшь так близко иль далёко,
Но ты прислушайся на миг:
Услышишь волн шутливый рокот,
То – Волга –матушка шумит.

О чём поёт река родная?
О чём вещает волн прибой?
О чём в мольбах своих взывает,
Играет сильною волной?

О, Волга – наша мать родная,
О, Волга – русская река.
Смотри, как гребень волн взлетает,
Лаская пеной берега.

Ты омываешь берег лаской,
Манишь нас летом и зимой.
Тебя мы любим, понимаем,
Ты стала близкой и родной.

Ты служишь Родине любимой,
Неся всю тяжесть на волнах.
И красота твоя неоспорима,
Тебя мы будем любить в веках.







МЫ РУКИ ЖЕНЩИНЫ ЦЕЛУЕМ

Мы руки женщины боготворим всегда -
Нет их прекрасней в жизни и милее.
Пусть поцелует руки их судьба,
Пусть сбережёт их, пусть их пожалеет.

Ведь им присуще в этой жизни всё.
Любовь страсть, и теплота и нежность,
Заботливость в них женщина несёт,
Ещё весны несёт живую свежесть.

Целуем руки женщинам войны,
Спасавших человеческие жизни.
Пусть огрубели вы, но так нежны,
Полны отваги и оптимизма.

Целуем руки женщинам труда,
Они творят и совершают чудо.
Они полны энергии всегда –
За это мы любить их будем.

Целуем руки женщинам искусств,
Целуем руки женщинам – поэтам.
Стихи их нам такой заряд несут,
И души наши трогают при этом.

Целуем руки женщинам весны,
Они дают нам вдохновенье,
И нежности и доброты,
И чуточку благотворенья.

И вы простите грубых мужиков,
Что не оценят ваших рук богатства.
Но я всегда их целовать готов,
Готов пред ними преклоняться.

ДВЕ СУДЬБЫ

Два различных поколенья:
Два солдата - две судьбы.
Младший в мирное жил время,
Старший знал язык войны.

Путь войны был грозен, долог.
Но судьба хранит бойца.
Два солдата – две дороги.
Выжил старший – сын убит.

Так судьба распорядилась:
Старший знал Афганистан.
Там прошёл войны горнило,
Смерть друзей и   боль их ран.

Телом жив, душою ранен -
Продолжает до седин.
Защищать тех, кто в Афгане,
Жизни потерял свои.

Младший - славный добрый малый –
Призван в армии служить.
Был друзьями уважаем,
У начальства был служив.

Но судьба ль, беда ль лихая -
Подвиг парень совершит.
Груз бесценный защищая,
В перестрелке был убит.

Так вот в жизни их сложилось:
Две судьбы, и два пути.
Оба Родине служили,
Жизнь свою ей посвятив.



С сыном Серёжей на празднике Дня Победы г. Телави, 1987 г

Серёжа. Принятие присяги, 1990 г

СУДЬБА СОЛДАТА
Памяти сына Серёжи

Шагал парнишка по Земле вселенной,
Как все ребята, беззаботен был.
Любил берёзки и их тихий шелест,
Любил мечтать о жизни и любви.

Высокий, стройный и красив душою.
Любил творить добро, любил он жизнь.
Но время шло и с радостью большою
Пошёл парнишка Родине служить.

Отличником по службе стал он вскоре:
Его друзья любили и комбат.
Судьба нелепа: находясь в дозоре,
Груз защищая был убит солдат.

Не струсил: выполняя долг свой свято,
Но груз с секретной техникой спасён.
И высшею солдатскою наградой
За мужество посмертно награждён.

И прав ли Бог, который позволяет,
Нам осознать потерю сыновей?
Ка боль потери сердце убивает,
И как унять, и как бороться с ней?

Седой отец под белою берёзой,
Что нежно укрывает монумент.
Душой страдает, вытирает слёзы –
Он сына вспоминает в тот момент.





Сын Серёжа. Служба в ГСВГ

БЕЛАЯ БЕРЁЗА

Памятник гранитный   
Тем, кто пал в боях.
Рядом с ним берёзки
Белые стоят.

Белая берёза,
Ты мне помоги,
Как вернуть мне сына
Сердцу подскажи?

Белая берёза,
Сердце успокой,
Осуши мне слёзы
Нежною листвой.

Как хотел сынок мой
Увидать рассвет.
Белая берёза,
Передай привет.

Отвернулось счастье-
Он погиб в бою…
Ты прими, берёза,
Всю печаль мою.

Белая берёза,
Погрусти со мной.
Мягкою листвою
Памятник укрой.

Не вернуть мне сына –
Постою в тени.
Белая берёза,
Ты его храни.

ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ

Золотая осень…
Зима далеко.
Затаились сосны –
Дышится легко.

Белые берёзы
Средь полей широких
Шелестят листвою,
Нас о чём-то просят.

Тополя лениво
Сбросили листву.
Встали горделиво,
Словно на посту.

И колючка – облепиха -
Вниз свои иголки
Опустила – вот шутиха,
Ягоды, как солнышки.

Черёмуху роскошную
Горстями собираю.
Ягоды – горошины…
Богатый урожай.

Черноплодная рябина –
Ягоды – лечебный клад.
Кисти щедро распустила,
День осенний так богат!

Красная рябина – ох красиво!
Ты стоишь в ряду.
Спрячь свою невинность,
Спрячь свою красу

К 70- летию Победы

Прими благодарность, войны ветеран,
Войны, что не прошенной гостью к нам пришла,
Войны, что по сердцу, по жизни прошла,
Миллионы сынов за собой унесла.

Четыре года лишь грохот снарядов
И пуль свинцовых над головой.
Фото родных в кармане рядом,
Радость Победы всегда с тобой!

Виски поседели у юных солдат,
Пришли они биться вместо отцов,
Которые в братских могилах лежат.
Россия, ты Родина храбрецов!

Над логовом Рейхстага
Ты знамя водрузил.
И честь родного стяга
Победой закрепил.

Душой своею молод,
Как семьдесят лет назад.
Идёшь легко и гордо
На праздничный парад.








Победный 45-й

Дух весны в том сорок пятом
Был прекрасен, но суров.
Дух Победы, дух расплаты,
Дух атак и дух боёв.

Много лет солдаты наши
Били лютого врага.
И добили в сорок пятом,
Нам Победа дорога.

Памятники, обелиски –
Как тяжёлый след войны.
По родной земле великой
Словно свечи зажжены.

Памятник – от слова ПАМЯТЬ –
Боль войны и боль утрат.
Имена героев с нами –
Люди помнят их и чтят.

Знают люди всей планеты
Слово страшное «война».
Мы – за мир на целом свете,
А война нам - не нужна!








МУЗЕЙ-МЕМОРИАЛ

Музей -  это гордость наша
И военной славы храм.
Картины событий страшных
Встают перед нами там.

В музее собраны архивы,
Реликвии бывших солдат.
И красных знамён разливы –
Как стражи в музее стоят.

Сюда ходят крепкие люди,
Чтоб вспомнить тяжёлые дни,
Чтоб вспомнить бои и судьбы,
Те страшные годы войны.

Здесь есть имена героев,
Здесь и мундиры генералов есть.
И солдатские награды,
И быта военного дух.

Люблю я бывать в музеях,
Музей – это страсть моя.
Здесь люди себя не жалея,
В почётном молчанье стоят.








СОДЕРЖАНИЕ

Вступительное слово автора…………………..……………
Биографическая справка……………………………….……
      Друзья детства………………………………….…….……
       Есть такая профессия……………………………….…….
       Судьба офицера…………………………..…………...…..
       Прибалтика……………………………..………………….
       Германия…………………………..……………………
       Закавказский военный округ……………………………..
       Афганистан……………………………………………..…
       На заслуженном отдыхе…………………………………..
       Я пишу стихи о войне…………………………………….
       Поэзия мирных дней…………………………….………..
       Примечание………………………………………….

+1


Вы здесь » ФОРУМ ВЕРТОЛЕТЧИКОВ » УАЦ, ДОСААФ (РОСТО), ВАТУ (АТУ ГА) » 1ХВАТКУ, 1рота- выпуск 1968г.